Шадари. Наемница

Приходилось постоянно держать лицо, чтобы никто не понял, что испытывает на самом деле. Так что в отведенную ему спальню поднялся с облегчением. Хотелось поскорее уснуть и на время забыть обо всех своих проблемах.

Однако и этому помешали! Ален только успел принять ванну и готовился лечь, когда в дверь негромко постучали.

Вполголоса выругавшись, накинул халат и пошел открывать. Кого еще нелегкая принесла?!

Но едва распахнул дверь, недовольство сменилось удивлением и какой-то мрачной радостью. На ловца и зверь бежит! К нему заявилась Лайза собственной персоной! Значит, разговор все же состоится.

Впрочем, сильнее было удивление. Настолько наплевать на правила приличий и в доме, полном посторонних, явиться в спальню мужчины посреди ночи? А она рисковая! Тут же представил, что будет, если их застукают, и желание впускать ее к себе угасло.

- Ларна Лайза, что вы здесь делаете? - спросил как можно более строгим и холодным тоном.

Еще больше изумился, когда девушка продемонстрировала бутылку вина, которую до того держала за спиной.

- Не знаю, как тебе, а мне не помешает выпить, - с обезоруживающей улыбкой сообщила она и юркнула внутрь, воспользовавшись его замешательством. - Так устала от всех этих лицемерных соболезнований! Да и свое горе выставлять напоказ не слишком приятно, -тяжело вздохнула.

На какой-то момент даже показалось, что был несправедлив, и Лайза искренне печалится о смерти отца. Собственно, это и удержало от того, чтобы выставить ее вон.

Ален закрыл дверь, надеясь, что никто не видел, как девушка сюда пробиралась.

Постарается по-быстрому переговорить и решить, наконец, вопрос, из-за которого сюда приехал. Конечно, с одной стороны, это жестоко - нанести потерявшей отца Лайзе новую душевную рану. Но с другой - было бы более жестоко сделать это завтра при всех, когда Саймон захочет объявить о помолвке. Лучше договориться полюбовно прямо сейчас!

Да и в данный момент Лайза не вызывала такого раздражения, как обычно. Не пыталась флиртовать или манипулировать. Смотрела открыто и немного грустно, явно чувствуя себя немного не в своей тарелке.

В черном траурном платье она казалась скромной и беззащитной. Роскошные рыжие волосы чуть выбились из строгой прически, что придавало особое очарование. Зеленые глазищи казались огромными. Это сочетание строгости и природного обаяния невольно волновало. Но не до такой степени, чтобы отказаться от своего решения.

Лайза разглядывала Алена так же пристально, будто пытаясь прочесть что-то по его лицу.