Шадари. Наследница древних

Я в ужасе поняла, что так, по сути, и есть. Их попросту разъедает изнутри!

Перевела взгляд на самого Саймона и похолодела. Только сейчас осознала, почему он раньше не прибегал к этому плетению. На поддержание роя уходила целая прорва сил. Они буквально потоком выплескивались из Саймона. Магической энергии оставалось на донышке.

Наконец, сдались и маги. Они больше не могли защищаться и так же вопили, катаясь по земле и захлебываясь криком.

К тому времени лицо Саймона побелело до такой степени, что казалось мертвенным.

Под глазами залегли глубокие тени. Из носа хлынула кровь. Но он продолжал чудовищным усилием воли удерживать концентрацию.

Только когда последний маг прекратил сопротивляться и затих, Саймон отпустил концентрацию. Почти сразу зашатался и рухнул на колени. Опираясь на ладони, попытался подняться, но не смог. Глаза закатились и он отключился.

– Саймон! – Найя метнулась к нему, перевернула на спину и затрясла. Подняла на меня умоляющий взгляд. – Сделай же что-нибудь!

Я сбросила с себя оцепенение и тоже опустилась рядом.

Натан же с Питером отправились проверять, не осталось ли в живых кого-то из противников.

– Что с ним? – глухо спросила райна, когда я развеяла диагностическое плетение.

Мои пальцы дрожали. Теперь я смотрела на Саймона с искренним сочувствием.

– Магическое выгорание. Он потратил слишком много сил.

– Что?! – Найя побелела почти так же, как лежащий перед нами без чувств маг. – Как это могло случиться? Почему он?..

– Не рассчитал сил, – тихо ответила.

– Когда удерживаешь такое мощное плетение, это случается.

– Но он ведь выживет? – девушка положила голову Саймона себе на колени и с тревогой вглядывалась в его лицо.

– Он сильный. Скорее всего, да. Но вот захочет ли жить после… – я осеклась, увидев полный боли взгляд Найи.

– Захочет! – убежденно сказала она. – Главное, чтобы он пришел в себя!

Я ничего не сказала. Прекрасно понимала, что Найя не хуже меня знает о том, что бывает с выгоревшими магами. Полнейшая апатия и нежелание жить.

Осознание себя ущербным калекой. В случае если маг был высокого уровня, это усиливалось многократно. Тот, кто был практически всемогущим, в одночасье становился никем. Это не все могут пережить. Большинство находят тот или иной способ покончить с собой.

Конечно, существовала вероятность, что источник постепенно восстановится. Но так происходило лишь в пяти случаях из ста. Шансов крайне мало. Для главы могущественного клана выгорание станет приговором.