— Можно узнать тему предстоящего события? — пошутил я, чтоб развеять серьёзность обоих моих собеседников.
— Прекращай Марк, дело серьёзное, — заткнул меня отец, — Распределение акций компании!
— А чего их делить! Оставь их себе! — не понял я."
"— В автомобильном бизнесе началась негласная война между конкурентами, вплоть до захвата офисов, — встал и подошёл к окну, развернувшись к нам спиной Борисов старший, — Да и я не вечен, надо знать кому все доверить!
— Что то случилось? — обеспокоенно спросил Вадим, и мы переглянулись.
— Нет, но грядут большие изменения. Поэтому у меня остаётся сорок процентов акций, Марк тебе сорок процентов, и десять процентов Вадиму, остальные десять процентов уже в ненадежных руках, — проговорил отец.
— А я здесь причём, я просто у вас работаю, зачем мне быть вашим акционером? — возмутился Вадим.
— Потому что в случае чего только акционеры имеют право голоса, вы друзья и доверяете друг друга, а главное я вам доверяю, вы сможете не дать друг другу ошибиться! — продолжил отец, — И все акции не должны бы в руках одной семьи, а то взорвут нафиг к чертям собачьим дома.
— Что? — уставился я на отца.
— Это я преувеличил, чтоб вы начали серьёзно относится к разговору, — усмехаясь проговорил отец.
— А чего это ты себя начал так рано списывать! — напал я на отца.
— Я все решил, и обжалованию моё решение не подлежит! — стукнул по столу, заявил Игорь Борисов, — Но, при этом будут некоторые условия!
— Какие? — спросил Вадим
— Акции, тебе только принадлежат и только ты можешь ими лично распоряжаться, передача и продажа другим лицам, не входящих в состав директоров запрещена, только если в подмогу другому акционеру, нашего предприятия, — выпалил отец.
— Странное условие, вы же знаете что я вам не наврежу! — непонимающе проговорил Вадим.
— Ты можешь и не заметить, как это сделают другие, но от твоего лица. Поэтому никаких электронных подписей, все при личных встречах, — отец посмотрел на нас уставшим взглядом, — Вот и все, что я хотел вам сообщить, и кстати вы вышли и забыли все, не стоит об этот трепаться! Запомните это, сынки.
— Понятно, — произнёс я, вставая из за стола.
Выйдя из кабинета отца, мы с другом направились в свой кабинет, который делили на двоих.
Заказав у секретарши по чашке кофе, мы уселись на кожаный диван, который стоял в нашем кабинете помимо столов с оргтехникой.
— Странно все это, — задумчиво произнёс Вадим.
— Да вы вообще, в последнее время все странные, — кинул ему в ответ.
