Увидеть такое в глазах записного абоминога – это полный разрыв шаблона.
– Хао, Великий шаман Горький Камень! – густым, слегка рычащим басом произнёс этот монументальный человечище. – Тот, кого звали Угох, по прозвищу Сын Старого, пришёл к тебе, чтобы услышать Слово Судьбы.
Вот так. И не надо быть семи падей во лбу, чтобы понять, что есть Слово Судьбы. Да или Нет. Жизнь или Смерть.
– Что ж, добро пожаловать, тот, кого звали Угох, Сын Старого, и его женщина, к костру племени Русов!
Поздняя ночь. Мы сидим возле рдеющего тихим пламенем костра и молчим.
Давно уже накормлены, расспрошены и спать уложены нежданные гости. Впервые за долгие месяцы они наконец сыты, впервые за долгие месяцы они спят крепким спокойным сном, а не в полглаза, вздрагивая и просыпаясь от каждого шороха. Впервые за долгие месяцы они наслаждались теплом живого огня. Удивительные люди! Как говорил Маяковский, «гвозди бы делать из этих людей». Ан нет, уважаемый поэт, мелковато для них это будет. Из них булатные мечи ковать разве что.
Я всё время обалдеваю! Если верить науке моего времени, в это время на земле проживает исчезающе малая горстка людей, а какие судьбы! Вот Хатак – воин, философ и путешественник, идущий за неведомым. Або Светлый Ручей – всю жизнь ищущая знаний. Яр и Соле – оловянные солдатики, своей стойкостью заслужившие право на чудо. Или, вы думаете, не чудо, что к ним пришла помощь в виде странного дяди, который и сам незнамо каким чудом пришёл к ним сквозь тьму тысячелетий?
Говорят, Шекспир якобы слизал сюжеты своих бессмертных трагедий с древнегреческих образцов поэзии.
Очень может быть. Осталось узнать, у кого слямзили сюжеты греки? Они, точно, совсем не первые на сём поприще.
Приглядитесь, они ежесекундно вокруг нас: драмы, комедии, трагедии… Вот и Угох со своей возлюбленной Ша-Ша. Ша-Ша – значит Тихая. Необычайно правильное имя для этой невысокой и, можно сказать, хрупкой девушки. Но это – тишина молчаливого гранитного утёса! Ну-ка попробуй заедь по нему кулаком. А может, это тишина бездонного лесного озера? Кто из смельчаков рискнёт донырнуть до самого его дна.
Угох и жив только потому, что черпает силы из этой тишины."
"Сам Угох, как я и предполагал, был и вправду полукровка. Мать – из Людей, отец – из Старых Людей, то бишь родители – кроманьонка и неандерталец. Как, почему, Угох не знает. Лет до десяти он жил в племени отца, которого, естественно, не знал, там он получил своё родовое имя – Угох, которое никак не переводилось.
