– Это вам ничего не даст!
– Уж позвольте мне самой решать, даст мне это что-то или нет, – возразила я.
– Ну, ладно. – Бузанова вновь ухмыльнулась. – В парике она была, в черном, и в очках на пол-лица, тоже черных, хотя в тот день было пасмурно. Ясное дело – конспирировалась она! Блондинка она на самом деле или шатенка – неизвестно. Я даже не скажу, сколько ей лет. Может, восемнадцать, а может, и тридцать пять.
– А какого роста она была?
– Среднего. Между прочим, если вас переодеть, то вы за нее вполне сойдете.
Голос немного не такой, так и его изменить можно. – Алла Анатольевна интригующе замолчала.
Я поняла, что она мне что-то не договаривает, и решила ее мотивировать, сообщив:
– Знаете, Алла Анатольевна, за ценную информацию полагается вознаграждение!
– Какое? – осведомилась дама.
– В зависимости от ценности сведений. Мне пока что неизвестно, какой информацией вы располагаете, поэтому я не могу назвать вам конкретную цифру.
– А если я скажу, в какую машину та краля села? – попыталась заинтересовать меня Бузанова.
– Одинаковых с виду машин в городе полно! Вы номер запомнили? – спросила я, и моя собеседница кивнула.
Я не исключала, что Алла Анатольевна запросто может и соврать, поэтому не спешила озвучивать размер «гонорара». Примерно с минуту мы сверлили друг друга глазами, и моя визави сдалась первой, сказав:"
"– В «Газель» белую она села, в маршрутное такси.
– То есть вы вышли из скупки первой, а потом увидели эту девушку на остановке? – уточнила я.
– Немножко не так дело было, – качнула седой головой моя собеседница.
– Я вышла из подвальчика первой, да, завернула за угол и остановилась. Мне приятельница позвонила, а я на ходу не люблю разговаривать по мобильнику. Стою я, значит, слушаю, что Зина мне говорит, а тут эта, в очках, из-за угла выворачивает и садится в «Газель». Только никакой остановки там нет. Она приехала на этой маршрутке – ведь машина ее поджидала!
Услышав про белую «Газель», я поняла, что Бузанова сказала мне правду, но пока не всю.
– Какой же номер был у той машины?
– Скажу, но только после обещанной платы!
Ну, какие же все корыстные! Хоть один человек согласился бы помочь расследованию безвозмездно, нет, все так и норовят получить хоть какую-то выгоду. Я достала из сумки пятьсот рублей и подала их свидетельнице со словами:
– Только не надо больше торговаться!
– А я и не собиралась. – Алла Анатольевна взяла банкноту и сказала: – В общем, номер был такой: Х 013 АМ.
