Шаг во тьму

Пробила меня, как бессловесного зверя, и на этом месте я еще долго не смогу выстроить оборонительных укреплений…

Ее холодное дыхание – прямо сюда, выхватывая из моей памяти миг, который я забыл, потому что несся сквозь листву, ничего не соображая…

На миг я смог убедить себя в этом – потому что холодные щупальца перестали давить здесь, скользнули дальше.

На миг накатило облегчение. Я сообразил, что почти не дышу, и втянул полную грудь воздуха. Сам того не заметив, я почти остановился… Вперед! Я уже близко! Это уже середина подвала, вот-вот появятся камни алтаря и свечи!

Он и раньше был здесь, но я его почти не замечал.

Подвал, колонны, дом в дубовой лощине – это все был сон. Всего лишь сон. Я понял это в одном мгновенном приступе отчаяния. Мне все это привиделось, привиделось за один миг – это всего лишь сон. А реален лишь этот запах горелого жира, запах свечей. Свет этих свечей…

Чуть подрагивающие огненные язычки со всех сторон от меня.

И холод. Я совершенно голый, и мне жутко холодно.

Непонятные слова, плетущиеся в медленный распев, усыпляющий, окутывающий все вокруг туманом, сбивающий мысли…

…но это тень, призрак, ничто. Есть только голубые глаза на прекрасном лице и твердые соски, упершиеся мне в грудь.

И еще что-то сзади, где я не могу видеть. Что-то стискивало меня за волосы. Дернуло мою голову выше – и что-то блеснуло снизу, под моей шеей. Прижалось. Холодное и острое.

Я хотел вырваться, хотел отскочить, но все, что у меня получилось, это задрать голову еще выше. Там, над свечами, из темноты выплывало что-то покрытое шерстью и два глаза горящие огнем.

Я различил черный нос, полоску рта, бородку… Козлиная морда с красными, будто огонь, глазами. Рога отливали желтоватым, похожие на два маленьких бивня, растущих почему-то из лба…

Они могли бы быть другими – куда больше, и закрученными, словно штопор. И без сколов…

Я вдруг понял, что рога и есть такие – винтовые.

Рога простые, я видел их, различал каждый изгиб, каждый скол, но и те, другие рога, не пропали…

Морда была не одна – их было две, и словно не настоящие, а во сне… И свечи, и напев, и рука, сжавшая мое горло, – на миг мне показалось, что все это лишь кошмар… Я вдруг понял, что ножа под моей шеей нет, нет его, нет!

Но за миг до того, когда ничего, кроме этого, не осталось, я перестал сопротивляться ледяным путам. Перестал вырываться.