Шагая над бездной. Наследники магии

Она ответила, совсем забыв о каких-то там пирожках. Обняла Себастьяна, прижалась к нему всем телом и полностью отдалась рукам своего любимого мужчины.

Да, Кел знал, что она его любит. Грелся в лучах этой ее любви. Иногда ему даже казалось, что его загрубевшее сердце рядом с ней начинает оттаивать, да только кроме симпатии он к Ламилии не испытывал ничего. Она была ему дорога, но скорее как подруга, как та, к кому хочется раз за разом возвращаться. Наверное, в какой-то степени это и было любовью. Хотя самого Кела подобные сантименты волновали мало.

Спустя несколько минут Лами сама отступила назад. Тяжело вздохнула, поправила рубашку, которая каким-то странным образом оказалась расстегнута, и красноречиво указала Себастьяну наверх.

– Вы с принцем ведь голодные, – сказала она с сожалением. – Давай продолжим после ужина.

– Обязательно продолжим, – хмыкнул Кел. – Я ведь тоже соскучился.

Ужин оказался поразительно вкусным. Олит вообще, каждый раз откусывая кусочек пирожка, восхищенно мычал и закатывал глаза от удовольствия.

В такие моменты он сам был готов предложить Ламилии руку и сердце. Да и всю империю в придачу.

Лами сидела рядом со своим обожаемым Себастьяном и смотрела на него так, будто была готова съесть. Сам же Кел просто наслаждался вкусной едой и теплой атмосферой своего дома. Все-таки за время поездки он успел истосковаться по этому уюту, да и по податливому телу Ламилии. Сейчас ему уже не терпелось подняться наверх, уложить свою девушку на их большую кровать, стянуть с нее это платье…

Его мысли прервал громкий стук в дверь, причем тарабанили с такой силой, будто случилось что-то поистине страшное.

Открывать предсказуемо отправилась Лами. Кел лишь устало вздохнул, почему-то решив, что явился либо Этари… с жалобами на Гаррета, либо сам Гаррет. Увы, эти двое не ладили. Их мнения расходились абсолютно по всем вопросам: от мелких до глобальных. Но Клевер ценил их обоих. И если Эта он считал братом по духу и просто мудрым товарищем, то в Гаррете, или Ирбисе, как сам его прозвал, видел надежного соратника, готового ради успеха общего дела горы свернуть.

– Говорю тебе, он занят! – донесся до слуха Кела отчего-то напряженный голос Лами. – Подожди здесь!

– Нет времени! – виновато бросили в ответ, а потом дверь кухни распахнулась, явив глазам Кела взволнованную темноволосую девушку – одну из тех обреченных, кого он не так давно спас от костра в столице.

– Шейла, – вспомнил он, глядя на нее с непониманием.