Шагая над бездной. Наследники магии

– Тебе, дорогая, не стоит поступать в академию. Туда принимают подростков, а ты уже девушка взрослая. Но я, так уж и быть, возьму тебя в ученицы. Тем более что Олдар сам об этом попросил. Жить будешь тоже у меня. – И пока я приходила в себя от такого неожиданного заявления, он отвернулся к экрану, где снова показывали кронпринца, и продолжил: – А по поводу размолвки с Диаром не переживай. Ему нужно осмыслить произошедшие в его жизни перемены. Осознать их, смириться. И вот когда его эмоции немного улягутся, он обязательно явится сюда.

– Зачем? – спросила я, не понимая, откуда маг вообще об этом знает. Но потом сообразила – из письма его величества.

– За тобой, – хмыкнул Гасим. – Как только найдет подходящий предлог. Ди упрям. Он ни за что не признает, что просто ошибся или был не прав. Но я не сомневаюсь, что не пройдет и полгода, как наш мальчик окажется в этом самом доме. Причем будет делать вид, что явился по невероятно важному делу.

– Думаете? – боясь поверить его словам, протянула я и снова перевела взгляд на экран, где Диар, выйдя вперед, вещал высокопарные речи о том, что в магии тоже есть очень много хорошего и полезного.

Я же никак не могла заставить мозг адекватно соображать, чтобы проанализировать происходящее. А когда все же сумела осмыслить услышанное, то попросту охнула и ошеломленно выдала:

– Он что, рехнулся?! Как может говорить такое, да еще и на всю империю?

– Так ты не читала газет? Не смотрела вчерашнюю малую коронацию? – уточнил маг, а когда я отрицательно мотнула головой, лишь хмыкнул и снисходительно пояснил: – Когда Олдар сообщил, что нашел своего старшего сына, то рассказал очень странную историю.

Будто малыш Диар, будучи двенадцатилетним подростком, из-за происков государственных изменников был похищен и спасен магами. Из-за травмы головы мальчик долгое время не помнил даже своего имени, и когда маги обнаружили у него дар, то поспособствовали его развитию. Так что теперь для всех в стране Диар – маг, пусть и довольно слабый.

– Ну, ничего себе! – выдохнула я, удивленно всплеснув руками. – И его приняли?

– Не знаю, – честно ответил Гасим. – По кайтивизорам транслируют лишь то, что разрешено к показу. Потому истинное положение вещей пока останется для нас загадкой. Но не стоит переживать за Ди. Он сильный, умный, пусть и упрямый как осел. Он не прогнется под давлением придворных, скорее весь императорский дворец прогнется под него.