Шагая над бездной. Наследники магии

Дождь уже закончился, но небо все еще закрывали тяжелые грозовые тучи. Я находилась посреди незнакомой площади, освещенной электрическими фонариками. Вокруг толпились люди, взирающие на меня с откровенной ненавистью. Но в данных обстоятельствах их негативное отношение казалось мне глупой мелочью. Вообще, будучи прикованной к столбу в окружении самого настоящего пламени, начинаешь иначе относиться ко многим вещам.

Связанные над головой руки давно затекли, оттого я почти перестала их чувствовать. В мыслях все еще была каша, но даже не это важно.

Ведь меня точно собирались казнить. Сжечь точно так же, как в империи сжигали магов. А все эти зеваки собрались лишь для того, чтобы посмотреть, как я буду корчиться от боли.

Огонь вокруг меня уже горел, причем дров здесь почти не было. Пламя распространилось по кругу и теперь то подбиралось ближе, обжигая кожу обнаженных ног, то отступало, словно дразня. Мое платье местами обуглилось и теперь выглядело совсем уж странным. С правой стороны оно сгорело почти полностью, как и белье, так что собравшиеся вокруг люди могли лицезреть меня во всей обожженной красе.

Твари! Как можно вообще по собственной воле глазеть на такое?!

Я чувствовала ожоги везде, даже на лице, но больше всего пострадали именно ступни. А ведь все это только начало. Полагаю, что в сознание меня вернули, чтобы услышать, как я кричу. Да только не дождутся!

Огонь пылал не только вокруг, но и внутри меня. Легкие жгло, кровь в венах стала казаться раскаленной лавой, и этот жар только нарастал.

Если поначалу я еще думала, что это тоже происки моих палачей, то с каждой минутой все больше убеждалась – нет, дело только в моем проснувшемся даре.

Пламя тянулось к пламени, магия чувствовала магию, потому и стремилась вырваться. Барко мне здесь точно никто не нальет, да и не думаю, что сейчас этот напиток смог бы помочь. Дар раскрылся… я чувствовала, как стремительно он набирает силу. Но сейчас его огненная суть была заперта в моем теле, и я не имела ни малейшего понятия о том, что с этим делать.

Как бы ни старалась себя успокаивать, но мне все равно было невероятно страшно. Дико. Безумно. Боль становилась все сильнее. Хотелось кричать, но я упрямо прикусывала губы, чтобы не издать ни звука. Нет. Ни за что. И пусть моя гордость всем им кажется глупой, но криков они все равно не услышат, даже если мне придется откусить собственный язык.

Стоящие вокруг меня люди что-то выкрикивали. Их слова скатывались в общий гул, потому разобрать ничего не получалось.