Шаги за спиной

Она бы еще пару лет поплавала где-нибудь подальше от всех.

- Не прошло и года, - Алаис поставила ногу на священный песок острова. - И рада бы не видеться, а только не дадут.

Эдмон покачал головой.

- Алаис, честное слово, вы зря думаете о нас, как о монстрах. Мы не причиним вам вреда.

- Вы, может, и не причините. А Совет?

Эдмон только вздохнул. Этот разговор повторялся из раза в раз, изо дня в день.

- Воля Совета - воля Маритани. Если Совет пойдет против Ее воли, остров будут ждать неисчислимые беды.

- И кого когда останавливали чужие беды?

Эдмон проигнорировал непатриотическое замечание, показал на трактир.

- Здесь вам будет удобно, а я вернусь к вечеру.

- Надеюсь, обойдется без клопов, - магистр кривился, но к трактиру 'Коронованная хрюшка' зашагал одним из первых. За отцом последовал Далан, подмигнув подруге, за ними - рыцари Ордена. Появление у магистра сына они приняли достаточно легко, и принялись натаскивать мальчику в воинских искусствах. То бороться, то метать ножи, то драться на мечах.

..

Далан с удовольствием занимался. Алаис же...

Ей было интересно, но... не сказка это. Вовсе не сказка, в которой девушка, попав в чужой мир, первым делом надевает бронелифчик и весело вертит двуручником. На деле - меч это несколько килограмм металла, и крутить им сложно. Или запястье вывернешь, или плечо, или на ногу себе уронишь тяжеленную дуру... не с ее цыплячьим весом и нулевой подготовкой в это ввязываться. И боевые искусства тоже не для нее. Единственное, что Алаис осваивала на пару с Даланом - метание ножей.

А вдруг пригодится? И то, попадала в мишень она примерно один раз из трех, а нужным концом - один раз из пяти-шести. Ну да ладно, жить захочешь, так и кинешь, и попадешь... и не заказать ли нам сюрикены? Пусть они здесь иначе называются и выглядят, но вдруг пригодятся?

Хрупкая беззащитная девушка обязана обзаводиться весомыми аргументами. Хотя бы остро заточенными.

Трактир был маленьким и уютным, комнатки чистыми, а лохань с горячей водой - большой и выскобленной до блеска.

И служанка помогала Алаис промыть соленые волосы, щебеча о всяких глупостях. Так что женщина чувствовала себя великолепно.

Ребенка она лично оттерла до блеска, и малолетний герцог пускал пузыри на кровати. Взгляд женщины то и дело обращался к сыну.

Алаис, в конце концов, неудобный персонаж. Она уже взрослый и состоявшийся человек с характером, принципами, взглядами на жизнь, из нее не вылепишь, что пожелает скульптор. А вот ее малыш...