Шаги за спиной

Слишком уж оно непредсказуемо, слишком опасно. Мало ли, надо будет женить Луиса, а Александра начнет скандалить, ругаться...

Хорошо, когда женщина знает свое место в жизни.

- Да. Я сама кормлю его...

Эттан был искренне удивлен. Алаис позволила себе мимолетную улыбку.

- Светлейший, молоко кормилиц не всегда подходит ребенку. Если я хочу, чтобы малыш был здоров, придется поступиться своими удобствами.

- Лучше заложить здоровую основу, чем доверить ребенка рукам нянек и кормилиц, чтобы через пять лет получить рахитичного малыша, который не знает слова "нет".

Эттан посмотрел с большим интересом.

- И поэтому вы сами играете с ребенком, поете ему...

- Да, светлейший. Ребенка воспитывают, пока он лежит поперек кровати, доверишь его чужим людям - и получишь чужого сына. Даром, что тобой рожденного...

Эттан задумчиво кивнул.

Первое впечатление было приятным, Луис не прогадал.

Симпатичная (и какие ножки!), неглупая, способная рассуждать здраво, здоровая и заботящаяся о детях - что еще надо? Хорошо бы еще денег, связей и титул, но будем честны перед собой, сколько бы тьерин Эттан не перебирал и не опробовал, возвращался он все равно к Вальере.

Если Александра станет для его сына кем-то схожим... почему нет? Осталось выяснить,   что она из себя представляет. Где родилась,  чему училась,  кто у нее есть из родных....

В следующий час Алаис не раз думала,  что Эттана Дааверта охотно взяли бы в КГБ. Но надо было сдерживаться,  и отвечать на вопросы. Вот где пригодился опыт юриста, и умение врать честно глядя в глаза.

Алаис так и делала, и постепенно Эттан решил,  что опасности она не представляет, пришел в хорошее расположение духа, и объявил Алаис, что она переезжает с ребенком из таверны в частный дом, принадлежащий Преотцу. Нечего его внуку абы где валяться.

Алаис предупредила, что у нее есть прислуга - нянька, есть кормилица - мало ли, вдруг у нее молока не хватит, и есть мальчишка-конюх. Разрешит ли Преотец...?

Эттан разрешил. Если Луис согласен, то и он согласен.

Сегодня пусть Александра переезжает, обустраивается, а завтра он зайдет поглядеть на внука.

Алаис ответила уже более глубоким поклоном, Преотец потрепал ее по щеке, и удалился, а сама Алаис откинулась в кресле.

- Фууууу... Тяжко жить на белом свете...

- Что? - не понял Луис.

Алаис махнула рукой в его сторону.

- Умотал меня твой отец. М-да...

- Нельзя. Я ребенка кормлю.

Луис отродясь не знал, что нельзя, но спорить не стал.