Есть мысли, как вытащить кочевницу из лап Делири?
— Есть, — ответил он, мягко, но настойчиво ссаживая ведьму с колен. — Дадим Эльвире второй шанс. Зря, что ли, ты пытала фитоллийскую шпионку? Вестник отправлен, ведьмы закусили удила. Пара дней — и Кеннета прижмут к ногтю. А когда он посадит Софию в повозку и вывезет с территории клана, мы её и перехватим. Прямо во дворце Велены.
— Мой гений, — промурлыкала ведьма. — Был бы ещё посговорчивее в любовном смысле, цены бы тебе не было. Но ничего, раз в жизни можно проявить терпение.
Я подожду, пока ты поймёшь, что мы с тобой созданы править этим миром вместе. Рука об руку.
Франко промолчал в ответ.
Глава 25. Семейные ценности
Новости из дома Этана приходили обнадёживающие. София успокоилась и больше не требовала отвезти её к жениху. Кеннет терялся в догадках, что на неё повлияло. Клановый маг начал делиться секретами? Хорошо бы. Пусть мастерит ей бубен, как обещал, книги показывает, дневники своих предшественников. Вдруг что-то подтолкнёт её к пробуждению памяти? И Линней там кстати.
Хельда рассказывала, что командир боевиков построил на заднем дворе небольшой полигон. Защитой его упаковал, манекены из дерева выстругал.
“Молодость вспомнил? — хмурился в зеркало Кеннет. — Или заняться нечем?”
Супруга в ответ загадочно улыбнулась. Представление он готовил. Формально для всех женщин, волей случая застрявших на острове, но на деле для одной Софии. Бояну высшей магией было не удивить. Фрейя слишком мала, а Хельда голову не поднимала от работы.
Вот и сейчас, пока глава клана писал письмо в министерство образования Фитоллии, супруга периодически связывалась с ним по зеркалу-артефакту. Вопрос о принятии женщин в академию клана — её давнишняя мечта.
— Слушаю, — улыбнулся Кеннет отражению любимой женщины.
— Ты переезжаешь в отдельную спальню, Делири, — заявила она строгим тоном. — Я прикажу вмонтировать в дверь своей замок, ключ от которого будет только у меня.
Холод прошёл по спине. Сразу вспомнился отец с его Сандрой, несостоявшийся развод матери и похожие сцены в родительском особняке.
Но Кеннет-то ни в чём не виноват.
— Я не изменял тебе. Кто наплёл обо мне чушь? Клянусь, я ему печень вырву.
— Если бы ты мне изменил, я бы не с зеркалом в руках с тобой говорила, а с огненным шаром на ладони, — выцедила жена сквозь зубы. — Демоны тебя пожри. Я беременна, Кеннет! Ты мне что обещал? Повременить со вторым ребёнком. “Мы не будем торопиться, дорогая. Ты права, нужно, чтобы Фрейя подросла”.
