Дикие ведьмы умели добывать информацию не хуже мага, читающего мысли. Кеннет приблизил к себе Фредерико, Пруста, уже упомянутого Этана, и главного лекаря. Безобидного старичка Айтара.
“Только попробуй подложить меня под него, Франко! — зло шипела ведьма. — Ни за какую свободу и отмену казни не опущусь до подобного!”
Слепец хотел заставить её шантажом, но вовремя остановился. Зачем лекарю координаты убежища? Он мог входить в ближний круг по другой причине. Охранял здоровье правящей семьи. А военные тайны от него скрывали.
Бездна, как сложно! Как невыносимо тяжело что-то делать без дара. Будь проклят тот день, когда плошка кислоты прилетела ему в лицо!
— Лин Гвидичи, — тихо позвал Анри. — Вам больно? Я случайно порезал вас и не заметил?
Да, теперь он настолько жалок, что дряхлый старик переживает за каждую царапину. Вдруг хозяин страдает? Наверное поэтому Франко часто бросается на него и пытается уколоть. Не оскорбить всерьёз, нет, указать на его место. Отделить жалость Анри от себя.
А год назад он её принял.
Сонного Франко принесли в бессалийским дом на носилках. Бросили, как мешок картошки, на кровать и ушли. “Лекарь сказал, что пациент стабилен”. А то что пациент сам встать не может и дойти до уборной, никого не волновало. Обнесли дом по периметру кольцом глушилок и успокоились. Главное, что колдовать не будет. “Не разнесёт в ярости половину Бессалии”. А он чуть с ума не сошёл, думая, что вместе с даром лишился вообще всей магии. Тихо выл, уткнувшись лицом в подушку.
“Давай зелье достану, — предложил ему кто-то.
— Тебе больно, давай принесу”.
Старика с ним оставили. Боевых магов помоложе отправили защищать Фитоллию от государственного переворота. А беззубому цепному псу выделили единственную “сиделку”. Разумеется, сиделку крайне не простую. Пусть у него болела спина и походка стала шаркающей, но убить ослепшего пациента Анри по-прежнему мог сотней разных способов. Сила мага не старела. Его мастерство тоже. И тем более удивительно, что Анри нарушил приказ “сидеть рядом и наблюдать”.
Принёс не очень-то нужное обезболивающее зелье. Помог Франко дойти до уборной. Подавал вещи, одевал, раздевал.
Стана отрекалась от трона долго. Фредерико навещал брата, но больше к нему никого не пускали. Так что старик и слепец разговорились. Потом Франко официально взял его на работу. Платил в три раза больше, чем получала экономка в особняке Делири. И полностью от него зависел, да."
"— Нет, Анри, я морщусь, потому что уже всю голову сломал.
