— Кто он? Обещаю не убивать его… Сразу.
Фредерико упрямо молчал. Покрывал кого-то из своих друзей? Разведчика Шеара? Он, вроде, женат. Нового командира охраны? Бездна, как его звали…
— Что с тобой случилось, Франко? Ты рвался забрать Софию домой, ругался с Кеннетом и вдруг пропал. Передумал жениться? Или считал, что сможешь общаться с будущей супругой на безопасном для тебя расстоянии? Так не бывает. С женщиной нельзя встречаться чуть-чуть. Шаг вперёд и три назад. “Я верю в пророчество, я забрал тебя из родного мира, но пока не договорюсь со своими демонами, ничего между нами не будет”.
— Ты повоспитывать меня решил? — тихо спросил слепец. — Изображаешь отца?
Выдох застрял где-то в груди, в ушах звенело. Действительно ли дело только в Лиане или он испугался? Верил, что смог забыть боль, оставленную Амелией, но до сих пор беззвучно кричал? “Обжегшись на молоке, дуешь на воду”.
— Франко, — младший брат встал рядом и положил руку ему на плечо. — Я помню наш уговор. Не помогать, если ты не просишь.
Но опыта с женщинами у тебя нет. Наломаешь дров — потом не вывернешься. Каким бы гением ни был.
— Хорошо, — в груди ещё болело, но узел уже развязывался. — Что ты предлагаешь? Сыграть свадьбу прямо сейчас? Или похитить невесту из особняка Делири и запереть у себя в доме?
— Нет, есть идея получше. — Брат улыбался. Должен был. — Вам нужно переспать.
Слепец фыркнул и расхохотался. Фредерико оставался верен себе. Может, поэтому его так любили женщины?
— А почему ты смеёшься? — притворно негодовал он.
— Я серьёзно. Ты же ведь собирался провести ночь с невестой?
— Теоретически да.
— Теоретически? — теперь смеялись оба. — Нет, так не пойдёт. Дети из воздуха не берутся. Дракон должен залететь в пещеру, тычинка найти свой пестик.
— Не спорю, — от смеха уже болел живот, но стало невероятно легко. — И не собираюсь увиливать от зачатия. Однако как ты это себе представляешь? Я на ощупь едва нахожу твой затылок, чтобы взъерошить волосы, а тут целая сцена близости. Я буду выглядеть неуклюже и нелепо.
"
"— Нашёл, о чём волноваться, — растягивая слова, ответил Фредерико. — Все такие. У меня в первый раз то падал, то вставал. Я старался скрыть неловкость, покрывая поцелуями грудь и живот девушки. Бормотал ей какую-то ерунду, даже стихи читал. Битый час мучился, потом сделал, что собирался, и сбежал. Думал, не переживу позора. Всё, жизнь кончилась, я был феерически плох, как мужчина. А девушка подругам рассказывала о лучшей близости в её жизни.
