Шаманка. Сезон охоты

Как она могла обойти их? Как она могла обойти наши камеры, охрану?

– Ведьма! – с улыбкой пожимаю плечами. – Может, через трубу улетела?

– Как вариант – брак браслета.

– Глупости! Никто бы не стал рисковать, надеясь на брак. А она просто ушла, всех вырубив. Даже камеры!

Ошибочка. Камеры вырубил я.

– Да всё уже я изучил и вам отчитывался. Антидота нет. Никакой устойчивости к препарату не существует. Если браслет на руке, то варианта только два: либо она разгуливает мёртвая, либо – ведьма.

– Это я и без тебя знаю, что ведьма.

Такие фокусы нам показывала… В общем, я объявляю охоту на ведьму. Она мне нужна. Живая, но обездвиженная.

– Ты обещал её мне, – прищуривается Артур.

– Когда? – переводит на него взгляд Игорь. – В такие игрушки тебе ещё играть рано. Я сначала сам поиграю, разберусь, что к чему, потом посмотрим. Хочу закрепить её в организации. Сергея в расход, если жив до сих пор. Он нарушил правила организации и не смог подчистить за собой. Возьмите с собой ружья с транквилизаторами. По-другому вы её не поймаете.

Транквилизаторы… Меня пробивает холодным потом. Надо её предупредить. А как?

– Кого на ветку дохода от казино? – уточняет кто-то.

– Отдам тому, кто привезёт ведьму.

За столом заметно оживляются. Значит, опять их человек сядет! И опять перевес в их сторону.

– Отец, я тоже хочу участвовать в охоте. Хочу поймать её лично!

Игорь Васильевич морщится. Он понимает, что Артур хе*овый офицер. Люди воспринимают его как маньяка, а не как лидера. Боятся, но не уважают. И его никогда не станут уважать остальные, если он не будет работать с ними в одной связке.

– Ладно. Участвуй. Но привезешь её мне, понял? Все свободны. Иван, останься.

Выходят все, кроме Артура.

– Артур, ты тоже свободен.

– У тебя появились секреты от меня, отец? Разве я смогу руководить организацией, если не буду в курсе всего происходящего?

– Погуляй, Артур, – не глядя на сына, Игорь Васильевич ещё раз просит его на выход. – Это личный вопрос, который касается только меня и Ивана.

– А что, есть такие вопросы?

Моя рука лежит на столе, и я поджимаю все пальцы, кроме среднего с крупным платиновым кольцом.

И стучу этим кольцом о стол. Артур разглядывает мой посыл. И, как обычно, в его глазах не возникает никакого огня, только это отмороженное, ледяное, застывшее выражение. Не отвожу своих глаз от его.

– Я сказал: погуляй, – с давлением и раздражением повторяет ему отец.

Недовольно зыркнув на меня своими стеклянными глазами, Артур выходит за дверь.