Шанс для рода Шустовых. Том 2

Потом аккуратно опустил девушку на постель и лег сверху, опершись на локти и не выходя. Склонился и поцеловал в губы.

Настя ответила на поцелуй и, обняв меня за шею притянула к себе. Затем отпустила и принялась гладить по спине, пояснице и ягодицам.

— Тебе понравилось? — тихо спросил я.

— Очень, — чуть хрипло ответила Настя. — Только…

— Я помню, все в порядке.

Девушка кивнула, доверившись мне.

— Хочу еще, — попросила она.

— Ты же не думала, что мы уже закончили? — притворно удивился я.

Настя замотала головой, ничего не говоря.

Я начал двигаться, а девушка, не мигая, смотрела мне в глаза. Вытянула шею и принялась целовать меня в губы, в шею, в лицо, ускоряясь в такт мне.

Почувствовав, что от заданного темпа я стал задыхаться, приподнялся на руках и выпрямился, не останавливая движений. Так было легче, и Настя это заметила. Закинула одну ногу мне на плечо, вывернулась, оказалась лежащей на боку.

Приняв более удобное положение, я заскользил по ее бедру, второе крепко прижал к груди. В такой позе проникновение было очень глубоким, и я заметил, как Настя вздрагивает, когда я погружался уж слишком глубоко.

— Нет! Продолжай! Глубже. Так хочу!

Я восстановил темп, но почувствовал одышку. Мой финал был уже близко, когда Настя принялась громко стонать и бормотать что-то нечленораздельное. Кажется, это было что-то типа «да, ещё!»

Её тело снова выгнулось, и я ощутил, как удовольствие накрывает меня с головой.

Движений было еще много и всё это время тело Насти замирало, выгибалось, то застывая, то начиная трястись. Девушка временами вскрикивала, стонала, то умоляя меня остановиться, то не прекращать. Наконец впилась зубами в подушку и стала рычать. В последний момент я вышел и обильно оросил спину девушки белесой жидкостью. Она даже не отреагировала на это. Лежала, тряслась, словно не заметив моего отсутствия внутри.

Я наклонился к ней и аккуратно погладил по спине. Под моей ладонью тело изгибалось, словно пытаясь продлить касание. Я вдруг понял, что Настя рыдает.

Развернул ее лицом к себе и поцеловал в мокрые от слез глаза.

— Что случилось? С тобой все хорошо?

Настя кивнула, едва слышно всхлипнув.

— Ты когда-нибудь думал, что можешь умереть от удовольствия? — вдруг спросила она.

— Не знаю, кажется нет.

— Тогда тебе повезло.