Шанс для рода Шустовых. Том 2

Я представил себе картину, как сапог пропихивается внутрь раньше, чем мужик в кокон, и, сам того не желая, рассмеялся.

Едва подручный оказался в коконе, я чуть-чуть подсогнул локти, напряг пресс и резко подтянул колени к животу.

Выбросил вперед и вверх одновременно обе ноги, закинув их на плечи тощему. Сжал бедра, сдавив шею противника и попытался вывернуться в бок.

Корсаков от неожиданности заморгал, но тут же сориентировался.

— Отпускай противовес! — крикнул он.

За спиной загремело, и вместе с тощим я рухнул на пол.

Колени я так и не разжал.

Цепь не дала мне свободно упасть, и я повис одновременно ногами на шее у противника, а руками на цепях.

Я все давил и давил, пока не почувствовал, как мышцы шеи тощего слегка расслабились, устав от натуги.

Резко дернув коленями вбок, я сделал скрутку всем телом. Послышался характерный хруст, и тело тощего обмякло.

Отпустив шею трупа, я изловчился и встал на ноги.

Подручный Корсакова грудой тряпья валялся внутри моего кокона.

— Впечатляет, — произнес Корсаков и картинно похлопал в ладоши.

Из-за стены прибежал бугай и уставился на труп товарища.

— Бери алебарду и тащи ее сюда!

Бугай выбежал из комнаты и через пару секунд вернулся с алебардой.

— Суй ее в пузырь! — приказал Корсаков. — Да не прямо, суй сбоку! Тут он ее ногами перехватит.

Бугай послушался и принялся пропихивать алебарду справа.

Я попытался наколдовать щупальце или хотя бы просто энергетическую нить, но ничего не выходило.

Заметив мои попытки, Корсаков понял, что я делаю и ухмыльнулся.

Алебарда шла тяжело, но бугай не сдавался. Наконец ему удалось задуманное.

Я пытался извернуться, но у меня никак не получалось схватить оружие ногами. Повиснуть на цепи я не мог. Противовес сейчас никто не держал, а мой вес тянул меня вниз.

В попытке увернуться от острого наконечника, я неудачно напоролся на него, и острая боль прошила бок. Прокол был не глубокий, но кровь потекла. Скатилась по коже, впиталась в штаны, мгновенно окрасив их темным.

— Режь его! — закричал Корсаков.

Бугай зло ухмыльнулся и дернул алебарду так, что выдрал мне кусок кожи вместе с мясом. Я застонал, со всей силы стиснув челюсти. Во рту почувствовался вкус железа. Видимо прокусил себе щеку.

Вот теперь кровь лила из бока по-настоящему.

Я почувствовал, как густая жидкость начала срываться с пальцев ног и падать вниз. Изворачиваться стало сложно.