Шанс для рода Шустовых. Том 2

Видеть я никого не видел, но слышал тихое побрякивание металла и тяжелое хриплое дыхание.

Я сидел в небольшом углубление в стене. Логично было предположить, что таких углублений много. Я видел чёрные провалы при осмотре, но все они были пусты. Не видел я только двух соседних ниш.

Звуки раздавались слева от меня.

— Эй, тут кто-то есть? — тихо, почти шепотом, спросил я.

— Тут только мертвые, — замогильным голосом сообщили мне из соседней ниши.

Холодок пробежал по спине, но в общей сырости и промозглости, он показался согревающим.

В говорящие трупы я не верил, хоть в этом мире и была магия.

Тот, кто назвался мертвым откашлялся и хриплым, но уже нормальным голосом сказал:

— По крайней мере, все кто сюда попадает, выходят наружу в мешках.

— И давно тут был кто-то еще?

— На моей памяти троих вынесли.

— А давно ты тут сидишь? — поинтересовался я.

— Сложно сказать, — говоривший явно задумался, потому что какое-то время слышалось только его тяжелое дыхание с хрипотцой. — Думаю не меньше двух лет.

Я тут самый старый постоялец, — собеседник усмехнулся от чего снова закашлялся.

— Пришли позже ушли раньше. Меня хоть кормят и иногда выпускают погулять. Правда только для того, чтобы насладиться обществом хозяина этого зверинца.

— Его самого, — подтвердил хриплый.

— И о чем он с тобой говорит?

— О разном, — протянул собеседник.

У меня сложилось мнение, что ему хочется поговорить. Может Корсаков с ним давно не беседовал и человек соскучился по общению? А может быть он просто был разговорчив.

— Как тебя зовут-то? — решил я побольше узнать о собрате по несчастью.

— Антоном звали. По батюшке Владимирович.

Какое-то знакомое имя. У меня вдруг разом сложился в голове пазл.

— Вы Буянов? Антон Владимирович Буянов? Историк?

— О, читать, стало быть, умеем. А чего это сразу на вы перешел? До этого без всяких фамильярностей обходились, а теперь вдруг на вы.

Мне как-то неловко было говорить с автором прочитанных мной книг на ты. Может быть, воспитание сказывалось? С детства уважал писателей.

Это же надо уметь собрать столько слов в одну кучу и расставить их в таком порядке, чтобы и читать интересно было, и сюжет вырисовывался. А уж про поэтов так я вообще молчу. Для меня это что-то запредельное. Проще троим морду набить, чем стих сочинить. Хотя вот и у меня стала рифма получаться.

— Чего замолчал-то? — не дождавшись моего ответа спросил Буянов.

— Задумался, — ответил я. — Мне все же привычней на вы общаться.

— Ну как знаешь.