Шанс для злодейки

Выбилась прядь у лица: изумрудная лента, которой он перетянул волосы, немного ослабла. Я поймала себя на кошачьем желании потянуть её за кончик и стащить окончательно.

— На роль будущей королевы была назначена леди Ригби, я правильно понимаю?

— Очевидно. — Маг открыл глаза. — Леди Кемброк довольно долго играла роль свахи и считала, будто у неё всё схвачено. Но ваше появление грозило спутать ей все карты. Как женщина практического склада, она увидела прекрасную возможность убить двух зайцев разом: настроить принца против вас, очернив репутацию, и сделать леди Ригби должницей по гроб жизни.

Я поболтала чашку с остатками. Густой осадок распадался на фигуры и тут же сливался воедино.

— Она была его фавориткой много лет… Любила его, наверное. — Я замолчала, пытаясь осознать, что же зацепило меня больше всего. — Эти листовки и слухи, они ведь ударили не только по Эдельгару. По королю тоже.

Маг опёрся на ладонь и ответил до странного понимающим взглядом.

— Это двор, — сказал он негромко.

— Любовь стирается здесь быстрее сусального золота.

Погладив чашку по гладкому краю, я отставила её в сторону. После магического транса то и дело думалось: а как видят меня вещи вокруг? Стало жалко прятать их в коробки и под чехлы, обрекая на бесконечную темноту. Никто не придёт, чтобы её развеять, никто о них не подумает.

Мысль сама перешла на мессира. Одни его боятся, другие уважают, но я ни разу не слышала, чтобы кто-то был с ним на короткой ноге. Даже Эдельгар относился к магу с пиететом, при котором невозможна настоящая дружба.

Ни жены, ни детей. Ни одна женщина во дворце не могла сказать, будто пользуется его благосклонностью. Может быть, вне его?.. Нет, глупость какая. Человек, у которого есть связь, отлучался бы из дворца гораздо чаще.

— Вам не бывает одиноко здесь? — спросила я, не думая, что получу какой-то ответ..

Он и впрямь не торопился, но всё-таки сказал:

— Со временем даже неприятное имеет свойство становиться привычным. Живя в одиночестве, рано или поздно ты забываешь, что бывает как-то иначе.

— Длинные пальцы пробарабанили по ручке кресла. — В последнее время я начал отвыкать… — Он нахмурился и намертво замолчал. Потом нехотя проговорил: — Если всё ещё хотите успеть поговорить с леди Кемброк, лучше поспешите. Скоро сменится стража и перестанут пускать в особое крыло.

«Особым» назывался изолированный этаж, на котором селили высокородных преступников в ожидании суда — или наказания.