Приведённый к нему Морис всё ещё пытался показать гонор, но очень быстро понял, что здесь ему не Франция и даже не Германия с Бельгией. Едва только он попытался вякнуть что-то про свои права, как хорунжий, по едва заметному знаку Шатуна, снова зарядил ему в табло.
– Будете продолжать беседу в подобном тоне или предпочтёте что-то новое? – лениво поинтересовался Шатун, разглядывая француза, словно какое-то диковинное насекомое.
– Проклятье! Вы и вправду варвар, – прошепелявил француз, поднимаясь.
– А вы тупой, упрямый осёл, – фыркнул Руслан в ответ.
– Сейчас мои люди принесут сюда угли и сунут вас в них пятками. Посмотрим, что вы запоёте после этого.
– Правильно в Европе считают, что вас нужно держать на цепи, словно диких животных. Всех вас! – выкрикнул француз, брызжа слюной.
– Хорунжий, костёр организуй и прикажи этого петуха в него пятками сунуть, – скомандовал Шатун, поднимаясь.
– Сей момент спроворим, – хищно усмехнулся казак, и пара его подчиненных занялись делом.
Спустя десять минут низина огласилась долгим, протяжным воплем боли.
Окатив упрямца водой, казаки повторили процедуру, и месье Морис сломался. Заливаясь слезами и всхлипывая, он старательно отвечал на все заданные вопросы, уже даже не пытаясь что-то скрыть. Быстро сопоставив его ответы с теми, что получил от капитана, Руслан поднялся и, коротко кивнув хорунжему, направился ко второму пленному. Позади раздалось тихое шипение вынимаемой из ножен стали и предсмертный хрип человека с перерезанным горлом.
– Бедный глупый Морис, – удручённо покачал капитан головой. – Он всегда отличался крайним упрямством и снобизмом по отношению к людям других наций. Прими Бог его грешную душу. Что будет со мной?
– Я дал слово, – пожал Руслан плечами. – Вы сдержали своё обещание, так что я готов сдержать своё. Хотите помолиться? Я прикажу развязать вас.
– Это было бы весьма любезно, месье, – кивнул капитан с удивлённой улыбкой.
– Только не делайте глупостей, капитан, – посоветовал Шатун, вынимая кинжал.
– Вы ранены, и не знаете этих мест. Вам просто не уйти.
– Это всё я давно уже понял. Ещё до того, как начал говорить, – грустно усмехнулся француз. – А теперь сделайте одолжение, позвольте мне остаться на несколько минут одному.
– Конечно, – кивнул Руслан, делая несколько шагов в сторону. – Прикажи одну могилу выкопать, – велел он подошедшему хорунжему.
– Заслужил, значит, – понимающе усмехнулся казак. – Добре, княже. Сейчас спроворим.
