Сели рядом, наблюдая, как я собираю очередной конструктор.
— Серёга, отвлекись на минутку, — услышал я голос бати и посмотрел на него. Он был серьёзен, как никогда. — Надо поговорить о Рэмбо. И не только о нём.
— Слусаю, — ответил я.
Ну сейчас будут мозги промывать. Снова.
— В общем, как ты понимаешь, мы не способны повлиять на Рэмбо, — продолжил батя. — Поэтому только от тебя зависит, как он будет себя вести.
— Надо его приструнить, Серёжа, — всхлипнула маман. — То, что он устроил в саду, выкрал спирт из лекарского пункта… Это просто позор какой-то.
— Да не позор это, Наташ, — улыбнулся батя. Вот это по-нашему! Правильно говоришь! — Попугай немного вышел из-под контроля.
— Да, высель, — кивнул я, печально улыбнувшись. — Холосо…
— Ты сможешь его посильней как-нибудь приручить? — спросил батя. — А то если не получится, придётся его в клетку запирать.
Нахер ваши клетки! Он зачахнет взаперти. Это же магический питомец, ему нужно летать, двигаться. Тренировать свои навыки, кстати… Конечно, не бухать и материться.
Я про боевые способности. Надо как-нибудь начать уже с ним заниматься.
— Я сплавлюсь, — ответил родителям, и батя, одобрительно кивнув, перешёл на тему черепашки.
— И насчёт Регины… — ответил он, собираясь с духом. — Черепаху надо всё-таки отдать. Много я думал, и если начнётся конфликт с Мартыновыми — будет очень плохо.
— Ага, иидий, — ответил я.
— Да, илидий, сын, всё верно, — сказал батя. — Артефакты невидимости без него не сделаешь.
И когда Мартыновы откажутся нам поставлять этот самый илидий — будет кака-бяка. Мы останемся без денег. Ну ты понял.
Я кивнул. Всё понимаю, но не собираюсь отдавать питомца. Как же они не поймут? У меня уже с ней сформировалась связь. Регина приняла меня. Что будет, если нить оборвётся? Да херово будет — как для меня, так и для неё. Но объяснять это долго.
Поэтому я сказал по-простому:
— Легину не оттам.
— Но Серёжа, ты подумай сначала. Будет плохо для всей семьи, — ответила маман.
Но сразу осеклась, встречаясь со мной взглядом. Тем же взглядом я посмотрел на батю.
Бесполезно мне что-то говорить. Я не отступлюсь.
— Так. Ладно, — батя тяжёло вздохнул и поднялся. — Пошли, Наташ. Подумаем, как быть.
Маман открыла рот, пытаясь ещё что-то сказать, но… передумала. Последовала за батей.
Когда они вышли из детской, я решил для начала разобраться с первой проблемой.
Влил ещё маны в связующую нить, которая соединяла меня и Рэмбо.
