Шелест 4 (СИ)

Но и спускать подобное, решение так себе.

— Я всегда беру на себя ровно столько, сколько могу унести, сударь, — улыбнулся ему в ответ.

— Войсковой атаман Войска Донского Ефремов Степан Давыдович. Мой первый советник Ярцев Пётр Анисимович, — представила нас Долгорукова.

Я обозначил долженствующий поклон, а атаман лишь легонько вздёрнул бровь, словно хотел сказать, так вот ты каков взлетевший из грязи в князи. Потом глянул на Марию, и было в этом нечто оценивающее, словно он прикидывал какие у него шансы подвинуть молокососа.

В ответ Долгорукова окинула его холодным безразличным взглядом. Вот как это ей удаётся! Я словно воочию увидел непреодолимую пропасть между ними.

— А что, байрактары из Азова? Нешто тебе не помешали корабли топить? Не похоже это на них, — вновь глянув на меня, как ни в чём не бывало поинтересовался Ефремов.

Осадить-то Мария его осадила, но не похоже, чтобы так уж сильно. У донцов, как и у татар бабы одарённые слова не имеют и в сечу не лезут. Потому и отношение к этому племени особое.

Домашний очаг, вот её удел, а дар это на случай беды, чтобы гнездо своё сберечь. И ведь я точно знаю, что татары уж не раз обжигались, когда брали в оборот казалось бы простую станицу, где из мужиков оставались только старики да дети. Несолидно быть битыми бабами, но случалось, факт.

Только статус женщин у казаков это ничуть не подняло. Знай своё место, и точка. Но сейчас он предпочёл отступить. Казаки многое переняли от татар, и отступление в Диком поле далеко не всегда бегство, а зачастую всего лишь тактический приём.

— Вы о двух высокоранговых янычарах? — в свою очередь спросил я.

— О них, — с прищуром, подтвердил атаман.

— С того света докучать нам не больно-то и удобно.

— И кто их приголубил?

— Я с моими компаньонами.

— О как! Силё-ён.

— Так, самую малость, — скромно пожал я плечами.

— Степан Данилович, я вам искренне благодарна, за предупреждение, как и за весть о готовности казацкой старшины драться с нами плечом к плечу. Пока отдохните с дороги, о вас и ваших людях позаботятся.

А мы обсудим сложившуюся ситуацию и сообщим вам моё решение."

"Казак не стал упираться рогом, хотя весь его вид говорил, мол чего тут думать да решать, следует делать как он сказал и никак иначе. Мне откровенно стало интересно, что же такое он сообщил. И таки да, Уфимцев стоит отрешившись, и вперив взор в расстеленную на столе карту. Не те кроки, на которые я всё время ругаюсь, а на… Другие кроки, но выполненные более качественно.