Шелковая тень любви (СИ)

– Ну, я же говорила, он не ответит, – сказала Рита после продолжительного прослушивания в трубке гудков.

– Дрянь! – снова взбесился ее похититель и в очередной раз ударил Риту по лицу. Но тут ее телефон завибрировал и на дисплее высветилось: «Роман», – Отвечай! – рявкнул он, снова включив громкую связь.

– Роман. Здравствуй.

– Привет, – отозвался знакомый голос Молотова, – Я ответить не успел. В душе был. Не слышал. Что ты хотела?

– Я? Я даже не думала, что ты ответишь, – растерялась Рита, но по острому краю ножа, что врезался в ее горло поняла, что сейчас не до сантиментов, – Рома, помоги мне.

– Нет. Я отпустил тебя, будь добра, отпусти меня.

– Ромочка, не бросай трубку, – взмолилась Рита, – Я прошу, спаси меня. Меня сейчас убьют.

– Нет! Я совершенно трезвая! Послушай меня! Меня похитили и просят выкуп.

– Что?! Какие похищения, мы же не в девяностые! – засмеялся Молотов.

– У меня нож у горла. Я чувствую, что еще чуть-чуть и он вонзиться так глубоко, что я уже никогда и ничего не почувствую.

– Сколько денег? – тут же спросил Молотов.

– Полмиллиона евро, – сказала Рита, а сама поглядела на похитителя, ожидая подтверждения, верно ли она говорит. Мужик кивнул.

– Я заплачу. Куда и когда везти деньги?

– Сейчас спрошу, – сказала она Роману и тут же обратилась к своему мучителю.

– Через три часа на двадцать восьмом километре трассы на Лугу, там своротка…, – начала объяснять сам мужик, но Молотов его перебил.

– Я не успею. Мне надо деньги снять, и я поеду из Москвы, – разъяснил Молотов.

– Хорошо. Как, станешь подъезжать к двадцать восьмому километру – позвони. Только имейте в виду, что через три часа я зайду к ней снова, а потом буду заходить каждый час и отнюдь не для дружеской беседы. Если тебе нужна красивая куколка, поторопись. И еще, если в машине будешь не один, девку свою никогда не увидишь.

– Я все понял, – холодно ответил Молотов и отключил телефон.

Роман просто не видел смысла в дальнейших препирательствах и просьбах не трогать Риту, это все равно не возымело бы никакого воздействия, кроме отрицательного, он знал это как никто другой. Да, по сути, Рита уже стала ему никем, но остаться в стороне он почему-то не мог. Если бы он не знал, что это произошло – это одно дело, но знать, что над ней издеваются и не помочь – это тоже самое, что мучить ее самому.