Шелковая тень любви (СИ)

– Ага! – засмеялась Рита.

– Серьезно. В чем я могу тебя обмануть? Все оговорено контрактом.

– Это да, – задумалась Рита, – В этом ты прав. Когда все оговорено, как-то проще. Я знаю, что хочешь от меня ты, ты знаешь, что мне нужно от тебя. Это честно.

– Видишь, и у наших взаимоотношений есть плюс, – заметил Молотов, и Рита определенно с этим согласилась.

– Извини, конечно, а ты когда-нибудь любил? – на сей раз спросила Рита.

– Это очень длинная история, она тянет за собой еще ни один факт моей биографии, – уклончиво ответил Молотов.

– Хорошо, не хочешь, можешь не рассказывать, я же не настаиваю. Просто скажи, любил или нет.

– Любил. Искренне, сильно и наивно. Возможно, я расскажу тебе, но только не сегодня, не хочу портить такой чудесный вечер подобными воспоминаниями, – признался Роман.

– Хорошо, если когда-либо сочтешь нужным, расскажешь, я с интересом послушаю, – согласилась Рита.

На этом они и закончили свой вечер воспоминаний. Странно, они находились рядом уже два года, но ровным счетом ничего не знали друг о друге.

Молотов понятия не имел, как жила Рита, что с ней происходило, что она чувствовала, какими принципами руководствовалась до встречи с ним. Рита же понятия не имела что представляет собой Молотов. Она видела человека, что постоянно руководит, командует, раздает приказы. Но сейчас Рита задумалась о том, что есть в нем и другая сторона, которой не чужды такие человеческие проявления, такие как тепло, забота, ласка, сострадание, по крайней мере, тогда, с мамой он казался именно таким. И любовь. Неужели он когда-то любил? И Рите тало интересно, как давно это было, и кто была она, та самая, растопившая его ледяное сердце?

Пару недель спустя, когда Рита находилась в его московской квартире, Молотов вернулся домой несколько подавленным, если не сказать, расстроенным. На закономерный вопрос Риты о том, что случилось, Роман сообщил ей о том, что вчера скончался Аскольд Вениаминович.

– Как так? От чего? Он же хорошо себя чувствовал? – недоумевала Рита.

– Сердце. Сердечный приступ и все. Послезавтра похороны. Я знаю, что ты планировала завтра вернуться в Питер, но может быть, задержишься?

– Конечно, о чем речь, я пойду с тобой. Я знаю, что этот человек был тебе дорог. А тут такое горе… Я сама сейчас в шоке и растерянности, а какого тебе просто не представляю, – искренне соболезнуя, рассуждала Рита.

– Да, ты права. Сказать, что я в шоке – ничего не сказать. Спасибо, что будешь рядом, – поблагодарил Риту Роман.