Есть человек, который в состоянии обеспечить меня так, как я хочу. У него «Мерс» и денег куры не клюют. Мы хоть на Канары можем полететь, хоть на Кипр, да вообще хоть куда. Видишь, какое колечко он мне подарил? – спрашивала она, крутя у меня под носом огромным набалдашником с бриллиантом, – Не то что ты!», – и швырнула мне в лицо то кольцо, что я дарил ей на помолвку. Не могу даже сказать, что я почувствовал в тот момент, внутри как будто произошел атомный взрыв. Я ничего не мог ей ответить. Как дурак стоял с этим кольцом.
Она развернулась и ушла. На следующий день я увидел, как поздно ночью ее привезли на черном «Мерсе». Потом я узнал, что это один питерский «бандюган» из действующей на тот момент ОПГ. Кличка – Леший. Помню, что бабульки у подъездов шептались: ее называли шлюхой, меня – жалели. Я чувствовал себя жалким ничтожеством, но не я первый, не я последний, кого девушка бросила ради того, кто успешнее и богаче.
– И ты решил, что сам должен стать успешнее и богаче? – предположила Рита.
– Нет, желания изменить свою жизнь и что-то ей доказать у меня не возникло.
Я переболел бы это, перерос и пошел дальше. Всё изменилось в тот день, когда убили отца, – ответил Молотов, сделав небольшую паузу, которую Рита не посмела прервать каким-либо вопросом, чувствуя, как Роман собирается с мыслями, – Я же говорил, что он трудился над секретной разработкой, так вот, ему вдруг начали угрожать, заставляли уйти из НИИ и работать на «нужных людей». Сперва, он ничего нам не говорил, потом вдруг отвез мать в Эстонию к дальним родственникам, о которых кроме нас никто не знал.
Мы с ним тоже собирались ехать, но задержались, на день. Я собирал кой-какие документы на даче, отец – в квартире. Я вернулся через пару часов, дверь открыта, в квартире бардак, а в гостиной он с пулей в голове. Только тогда я осознал, насколько все на самом деле было серьезно, и какого круга люди ему угрожали. Я отдавал себе отчет, что могу стать следующим, но бросить все и сбежать, не похоронив должным образом отца, просто не мог.
Решил: как будет – так и будет. Но матери на похороны приезжать запретил. На меня напали сразу по дороге с кладбища. Я зачем-то пытался сопротивляться, хотя понимал, что это бессмысленно. Тогда мне под рёбра воткнули нож. Отсюда первый шрам. По традиции вывезли меня куда-то в лес. Били, угрожали, заставляли отдать все разработки, они знали, что я полностью в курсе. А я не мог понять, откуда у них такая осведомленность? Я говорил, что понятия не имеют о чем идет речь.
