Шелковая тень любви (СИ)

А может быть, она просто на кого-то похожа. Люди после смерти вообще выглядят несколько иначе, чем при жизни.

– Вы правы, – согласилась Рита, а сама так и пыталась вспомнить, где же она видела это лицо?

Начался февраль. Молотов уже больше трех недель сидел в СИЗО и хотя дело казалось ясным, его никак не передавали в суд.

Рита в очередной раз пришла к Роману на свидание. Но в ту секунду, когда ввели Молотова, Рита просто оторопела. Он сидел перед ней в рваной рубашке, с разбитой губой и ободранным носом.

– Рома, что это? Что случилось? Тебя сокамерники избили? – переполошилась она.

– Нет. Охранники. Да, это так, ерунда, – отмахнулся Молотов.

– Да не за что. Всех били и мне прилетело.

– Что значит, всех били, как так? – продолжала изумляться Рита.

– Вот прилипла! У нас в камере хмырь сидел один, он падчерицу изнасиловал. Его и порешали. Мне Шило с вечера сказал, что ночью движуха будет, а мое дело лежать тихонько и не вмешиваться. Но когда охрана пришла всем досталось. Так что, не обращай внимания.

– Очень хорошо.

– Как, как? Легко и просто. Зато, пока меня лупасили, я вспомнил одну важную деталь! Когда я вышел из подъезда Жанны, она выглядывала в окно. И не просто выглядывала, она его открыла и орала мне вслед, что я козел, неблагодарная тварь и что из-за меня у нее не будет детей. Я оглянулся, крикнул ей: «Да пошла ты!». И уперся в пенсионерку с собачкой. Она так осуждающе на меня посмотрела, но ничего не сказала и поскорее пошагала к подъезду, собачушку свою на руки прихватив.

– Что ж ты раньше-то молчал?!

– Я же говорю – забыл. И не дай мне по башке, может и не вспомнил бы. Скажи обязательно Мейерхольду, пускай он там пошерстит, поищет эту бабулю, – попросил Роман.

– Какая у нее хоть собачка-то была?

– Пекинес. И поводок красный, точно помню.

– Будем искать. Даже если ее там и не было, мы ее найдем, – уверила Романа Рита.

– Она была. Ты мне не веришь?

– Верю, это я так сказала, что мы все сделаем, но бабулю эту отыщем, – пояснила свою реплику Маргарита.

– Не за что. Ты держишь, скоро вернешься домой, – говорила Рита, поскольку сама в это безоговорочно верила.

Вернувшись после свидания с Молотовым домой, девушка приняла душ, выпила свежевыжатый апельсиново-морковный сок и прилегла на диван. Рита смотрела в потолок и продолжала думать о Жанне.