Шелковые слова

Да, он воспользовался ее смятенным состоянием — это бесспорно. Но он говорил правду, когда утверждал, что не сделал ничего против ее воли. Она сама вцепилась в него мертвой хваткой, умоляя заняться с ней любовью.

Почему же она так себя повела? Был ли он настолько обаятелен? Или же она настолько жаждала ласки, что бросилась бы на шею любому? Вряд ли. Говорят, даже под гипнозом человек не может сделать того, чего подсознательно не хочет делать.

Итак, путем логических рассуждений получается, что она отчаянно хотела заняться любовью с этим мужчиной и использовала свою истерику и опьянение лишь как предлог.

Ни для него, ни для меня это ничего не значило, убеждала она себя. Физиологическая реакция, биологический обмен — и только. Средство заполучить ребенка, о котором и не мечтала. А посему жалеть о случившемся не стоит, но и вспоминать тоже незачем. Думай о ребенке как о нежданном подарке. Прими его, а обо всем прочем забудь.

Пальцы ее перебирали волоски на его груди, которые, убывая по конусу, переходили в ровную дорожку вдоль его плоского упругого живота.

Дотронься до меня. О Боже, Лейни…

Он был твердым, теплым, полным жизни, готовой прорваться на свободу.

Ну вот так, лапушка, вот так. И больше никогда не бойся дотрагиваться до меня. Дотронься до меня, дотронься, дотронься…

— Я хочу его потрогать.

— Да говорю, шевелится. Правда, он шевелится, мисс Маклеод?

Лейни мягко отстранила от своего живота чересчур ретивые ладошки.

— Да, он шевелится, и, думаю, с него довольно ощупываний.

 — С дюжину ребятишек сгрудились вокруг Лейни и, наступая на ее черные замшевые туфли, с хныканьем запротестовали. — Кроме того, — она повысила голос, стараясь заглушить их возгласы недовольства, — перемена закончилась и нам пора в класс. Не забудьте, что после ленча мы будем готовить подарки к Рождеству.

— Так нечестно! Я не потрогал малыша! — раздался чей-то жалобный голос, в то время как Лейни выстраивала детей в две колонны.

— Может быть, завтра, — рассеянно отозвалась она, привычно пересчитывая своих учеников парами.

— А я тоже хочу потрогать малыша. Лейни окаменела. Этот голос она узнала сразу же, но как… — это осталось для нее загадкой. Ведь с той ночи в Нью-Йорке прошло уже шесть месяцев…

Лейни обернулась — улыбаясь, он стоял всего в полуметре от нее и выглядел до смешного неуместно в школьном дворе. На нем было дорогое серо-зеленое шерстяное пальто, причудливо оттенявшее его цвет лица.