Шелковые слова

И каждый его непроизвольный жест, каждое мимическое движение до боли знакомы и милы.

Конечно же, он не станет пытаться силой отнять у нее ребенка. Не станет оказывать на нее давления, ведь так? Но тут Лейни вспомнила, как бесцеремонно он ворвался в ее жизнь, и поняла — станет и посмеет. Кровь застыла в ее жилах. Они обратятся в суд, а ему ведь известны всевозможные изощренные хитрости, он знает, за какие ниточки потянуть, какие слова сказать.

Дик поведает суду, что она не потрудилась сообщить ему о его же собственном ребенке.

Особо подчеркнет ее скромную зарплату, которой, несомненно, хватит, чтобы прокормить ребенка, но вот чтобы отправить его в приличную школу, а затем и в колледж, оплачивать счета докторов, покупать одежду?.. Этого явно недостаточно.

Должно быть, терзания эти отразились на ее лице, ибо Дик, оторвавшись от документа, вдруг воскликнул:

— Лейни, милая! Что такое? Снова судороги?

Голос его прозвучал так нежно и, преодолев разделявшее их пространство, словно приласкал ее. Брови теперь хмурились в тревоге за нее.

Нет-нет, он не причинит ей зла, убеждала себя Лейни. Он это столько раз повторял.

— Нет, все в порядке. Просто подумала, что на следующей неделе уже надо возвращаться в школу.

И все же… дни проходили в мире и согласии, но тревога не отпускала Лейни. И тут произошло кое-что, заметно приукрасившее ее финансовые перспективы. Однако событие это само по себе явилось потрясением.

Как-то днем, когда Дик беседовал по телефону с одним из своих подчиненных в Нью-Йорке, зазвонил аппарат Лейни и, поднявшись с дивана, она сняла трубку.

Дик первым закончил разговор и, когда она повесила трубку, уже стоял рядом. Несколько секунд Лейни отсутствующим взглядом смотрела на телефонный аппарат.

— Надеюсь, никаких неприятностей? — осторожно спросил Дик.

Отогнав тревожные мысли, она машинально взяла протянутую к ней руку.

— Нет, ничего плохого. В общем-то, новости даже хорошие. — И снова погрузилась в размышления.

— Лейни, — заговорил Дик, смеясь и тряся ее за руку, словно пробуждая от сна.

 — Мне что, все у тебя выпытывать?

— Ой, извини. Звонил агент по продаже недвижимости из Талсы. Уезжая оттуда, я распорядилась выставить мамин дом на продажу. Сказала агенту, что не тороплюсь. Мебель вся по-прежнему там. Сейчас он, позвонил и сказал, что показывал дом одной супружеской чете и что они готовы подписать контракт.

— Да. — Лейни попыталась улыбнуться, но не вышло.

— Ну-ка, подойди сюда. — Он усадил ее на диван.