Шепчущий череп

Кошмар! Я поскорее переоделась в свой обычный темный топ, юбку и легинсы. Натянула тяжелые высокие рабочие башмаки. Нормальный наряд агента. Одежда, которая не мешает. Надо сказать, что, переодевшись, я почувствовала себя намного лучше. Постояла немного у окна, глядя на погруженную в сумерки, притихшую Портленд-Роу.

Сегодняшнее приключение выбило из колеи не только меня. Локвуд тоже был необычайно сильно раздражен. И не мог отделаться от мысли о необходимости победить Киппса в схватке за зеркало.

Или дело не только в этом? Может быть, его беспокоит что-то еще? Череп, например, который нашептывает про него неприятные вещи…

Спускаясь вниз, на кухню, я задержалась на лестничной клетке второго этажа.

Со стен на меня смотрели полинезийские трещотки для изгнания злых духов, обереги от призраков. Я была одна – Локвуд и Джордж сидели на кухне, до меня доносились оттуда их голоса.

И передо мной была дверь, которую запрещено открывать.

Я не могла утерпеть. Я подошла к запретной двери, прижала к ней ладони, приложила ухо.

Включила свой внутренний Слух…

Нет. Ничего. В принципе, я могла открыть дверь и заглянуть внутрь – она была не заперта. Что случится, если я это сделаю?

Или лучше выбросить из головы все лживые слова и грязные намеки той протухшей черепушки из банки? Да, так будет правильнее. Я заставила себя отойти от двери и стала спускаться по лестнице. Разумеется, мне очень хочется больше узнать о прошлом Локвуда, но есть и другие способы сделать это, кроме вынюхивания и подглядывания. Кстати, Фло упомянула имя мастера, у которого учился Локвуд.

Как я поняла, этот мастер плохо кончил. Пожалуй, нужно будет последовать примеру Джорджа и как-нибудь наведаться в Архив…

А Джордж с Локвудом по-прежнему были на кухне, сидели за столом с чашкой чая в руке. Однако, пока меня не было, что-то произошло, потому что к моему приходу на столе появилось блюдо сэндвичей с ветчиной, тарелка с томатами-черри, огурцами и кудрявым салатом-латуком. И еще чипсы. Все выглядело просто великолепно. Я села за стол, и мы принялись за еду.

– Помирились? – спросила я через некоторое время.

– Я извинился, – буркнул Локвуд.

– Локвуд нарисовал тот предмет, который он заметил в гробу Бикерстафа, – сказал Джордж. – Ну, ту штуковину, которую увидел на фотографии. А ты что скажешь?

Я посмотрела на нашу скатерть для размышлений. Художник из Локвуда, конечно, аховый, он криво нарисовал три или четыре параллельные линии с заостренными концами.

– Похоже на связку карандашей, – сказала я.