Шепчущий череп

Джордж тоже был перепачкан сажей, но в целом от вспышек он пострадал гораздо меньше нас с Локвудом, поскольку еще до этого успел с ног до головы вываляться в грязи.

– Благодарю за помощь, Киппс, – сказал Локвуд, небрежно стряхивая пепел с рукавов своей рубашки. – Мы оказались здесь в затруднительном положении. Нет, в принципе, мы полностью держали ситуацию под контролем, но тем не менее та ваша вспышка пришлась очень кстати.

– Под контролем? – ухмыльнулся Киппс. – Помолчал бы лучше. Когда мы пришли сюда, то приняли вас за обезумевших от страха местных жителей.

Поэтому Кэт сразу же швырнула вспышку, а выяснить, кто вы такие, решила потом. Честно говоря, нам и в голову не могло прийти, что та троица беспомощных идиотов – это вы.

– Они все испортили, – хмуро сказала стоявшая рядом с Киппсом девушка. – Я ничего не могу расслышать. Слишком много постороннего экстрасенсорного шума.

– В любом случае, мы очень близко подобрались к Источнику, это совершенно очевидно, – сказал Киппс.

 – Думаю, нам будет легко его найти. И, может, теперь команда Локвуда сможет помочь нам?

– Сомневаюсь, – ответила девушка, пожимая плечами.

Правая рука Киппса в команде, Кэт Годвин, была, как и я, Слухачом, но кроме этого между нами не было больше ничего общего. Кэт была стройной блондинкой с капризными пухлыми губками – одно это давало мне сразу три веские причины испытывать к ней неприязнь. Я не смогла бы относиться к Кэт с симпатией, даже если бы она была кроткой, как Белоснежка, и все свободное от работы время ухаживала за больными ежиками.

Но Кэт была вовсе не кроткой, а бесконечно честолюбивой, эгоистичной, холодной и бессердечной, а уж чувства юмора у нее было не больше, чем у черепахи. Шутки только раздражали ее, поскольку она их абсолютно не понимала. Внешне Кэт была милашкой, правда, подбородок ее был, пожалуй, слишком острым. Если протащить Кэт по вспаханной земле, то в оставленной ее подбородком борозде можно сеять бобы. Светлые волосы ее были слишком коротко острижены сзади, а спереди на лоб спадала нелепая конская челка. На форменной серой куртке, юбке и легинсах Кэт никогда не было ни пятнышка – это наводило на мысль, что, в отличие от меня, ей никогда не доводилось удирать по печной трубе от агрессивного Спектра или сражаться с полтергейстом в канализационных коллекторах в Брайдвелле (между прочим, это задание официально признано «самой грязной работой в истории»).