Шепчущий череп

С этого момента мы должны держаться как можно ближе друг к другу. И пожалуйста, постарайтесь больше ни на что не отвлекаться.

В потайной комнате, которая, как мы решили, была лабораторией Бикерстафа, не обнаружилось больше никаких экстрасенсорных следов. Локвуд положил фонарь на подоконник замурованного окна, и в его свете Джордж прошел по периметру комнаты, исследуя ее стены. Другого выхода из комнаты не было. Из голых оштукатуренных стен торчали ржавые крепления для старинных газовых рожков. Единственным предметом мебели в комнате был стоящий на привинченных к полу стальных ножках стол.

Его железная крышка была покрыта пылью и мелкой крошкой осыпавшейся с потолка штукатурки. Под краями железной столешницы проходили глубокие желобки, заканчивающиеся выступающими наружу трубками.

– Желобки для стока крови, – сказал Локвуд, проводя пальцем по столу. – Анатомический стол для вскрытий. Середина девятнадцатого века. Я видел такие же в Королевском хирургическом университетском колледже. Похоже, именно здесь доктор Бикерстаф проводил свои опыты с принесенными с кладбища трупами.

Жаль, что стол металлический, Люси, иначе ты смогла бы уловить здесь немало интересного.

Я в это время пила воду из принесенной в рюкзаке бутылки и жевала плитку шоколада. Меня все еще трясло от того, что я пережила возле двери, но сейчас мой страх перерос в нечто более сильное. Если те привидения, присутствие которых я уловила, хотели отпугнуть меня отсюда, это удалось им как нельзя лучше. Я отшвырнула в сторону обертку от шоколада и сказала:

– Они встречались в этой комнате.

Группа мужчин. Они курили и разговаривали о своих опытах. Это все, что я пока знаю, но могу узнать больше. Помолчите. Я попытаюсь.

Я отошла к дальней стене, подальше от железного стола. Здесь был камин с забитой птичьими гнездами, мусором, обломками дерева и штукатурки решеткой. Мне показалось, что камин был центром этой комнаты, тем местом, у которого Бикерстаф и его гости стояли, курили и обсуждали то, что лежало у них на столе.

Следы прошлого у камина должны ощущаться сильнее, чем где-либо еще.

Я приложила пальцы к стене, она была холодной, влажной, даже маслянистой на ощупь. Закрыла глаза, отключилась от внешнего мира, прислушалась…

Из прошлого начали пробиваться звуки, я пыталась ухватить их, но они вновь угасли.

Странным образом работает это экстрасенсорное эхо. Оно то усиливается, то слабеет, затем вновь становится громче – пульсирует, словно скрытое где-то в глубине дома сердце.