Шепчущий череп

Лестничная площадка оказалась большой, квадратной, с открытым небом над нашими головами. Деревянный пол был усыпан сухими листьями, веточками, мусором, сквозь отверстие в крыше проникал лунный свет. Позади нас начинался ведущий в глубину дома коридор, но он наполовину был завален мусором и обломками древесины. Лестница изгибалась, так что сейчас мы оказались повернутыми лицом к фасаду дома. Перед нами были три двери.

– Да… – прошептал мне в ухо призрачный голос. – Здесь…

– Мы близко к цели, – сказала я. – Кабинет Бикерстафа в одной из этих комнат.

Стоило мне произнести это имя, как я услышала долетевшие из прошлого звуки – потрескивание дров в камине. По дому пролетел легкий порыв ветра, зашевелил валявшиеся на полу сухие листья и обрывки бумажных обоев. Несколько обрывков улетели за перила лестницы и унеслись в темноту расположенного внизу холла.

– Пожалуй, здесь это имя лучше не произносить, – заметил Локвуд. – Температура, Джордж?

– Восемь градусов. Держится ровно.

– Останься здесь и следи, не появится ли Киппс.

Мы беззвучно пересекли площадку. Я оглянулась на Джорджа, он занял позицию возле перил, откуда хорошо просматривался изгиб лестницы и часть холла внизу. Состояние Джорджа показалось мне стабильным, мелейз вроде бы отпустил его.

Рюкзак Джорджа был открыт. Я могла видеть внутри него слабо светящуюся зеленым огнем банку.

– Да… – прошептал голос. – Хорошая девочка… Вы совсем близко…

Каким нетерпеливым показался мне сейчас этот шепот.

– Средняя комната… Под полом…

– Средняя комната. Он сказал, что это там.

Локвуд подошел к средней двери, начал входить, но тут же отпрянул назад.

– Холодное пятно, – сказал он. – Пронизывает насквозь.

Я отцепила свой термометр, поднесла его к двери и тут же почувствовала рукой обжигающий холод.

– Пять градусов внутри, восемь снаружи, – сказала я. – Это серьезно.

– И не только это. – Локвуд достал из куртки темные очки и поспешно надел их. – Пауки. И посмертное свечение.

Я свечения не видела, но предвидела его. Кабинет Бикерстафа оказался просторной квадратной комнатой с большим окном. Как и во всем этом заброшенном доме, здесь не было никакой мебели. Я попыталась представить, как мог выглядеть кабинет при жизни Бикерстафа – рабочий стол, кресло, портреты на стене, книжная полка или две, часы на камине… Нет. Не получается. Слишком много времени прошло, слишком мешает ощущение пустоты и заброшенности.