Шепчущий череп

 – Что там у нас в программе следующим номером? Придет Локвуд, споткнется, навернется и сам себя наколет на свою рапиру?

– Встаньте рядом с Киппсом, – приказал мне Альберт Джоплин. – Положите руки на спинку стула. Сведите кисти вместе. Теперь я дам вам кусок веревки, и вы им… Нет! Делайте, что вам говорят! – Я попыталась повернуться, нож сильнее уколол меня, заставив вскрикнуть от боли. – Так-то лучше, – сказал Джоплин. Несколькими быстрыми, ловкими движениями он прикрутил мои руки к стулу. Я стояла рядом с Киппсом.

Он выглядел таким же помятым, как всегда. Волосы напоминали разворошенное бурей воронье гнездо, плечи опущены, спина сгорблена, походка, как у пеликана. Джоплин подошел к Джорджу с коротким широким ножом в одной руке и блокнотом в другой. За ухо Джоплина была заложена шариковая ручка. Он беспрестанно мурлыкал какой-то мотивчик, а когда обернулся, я заметила у него покрасневший опухший нос и царапину на подбородке.

Но это все лирика. Что меня по-настоящему поразило, так это его глаза – темные, ввалившиеся, с неестественно расширенными зрачками. Казалось, Джоплин пристально всматривается в неведомую даль. И к чему-то прислушивается, склонив голову набок.

Окруженный цепями призрак Бикерстафа переминался внутри железного круга, словно медведь в зоопарке.

– Да, да… Секундочку, – рассеянно пробормотал Джоплин, словно сам с собой. Добравшись до Джорджа, он наклонился и искоса метнул взгляд в сторону прикрытого платком зеркала – мне показалось, что он прикидывает на глаз высоту треноги.

– Давай просыпайся, мой мальчик, – сказал Джоплин, похлопывая Джорджа по плечу. Потом вытащил из-за уха ручку и сделал пометку в своем блокноте. – Завершим наш опыт, как договаривались.

– Договаривались они, – сказал Квилл Киппс и длинно, заковыристо выругался. – Не знаю, о чем думал ваш Каббинс, когда согласился прийти сюда, но там, в церкви, у них была свара. С минуту кричали друг на друга, потом началась потасовка. – Киппс неодобрительно покачал головой. – Настоящий цирк. Давно я так не смеялся. Они сшибли друг с друга очки и половину времени провели на четвереньках, пока их искали. Умора.