Шепот за окном

Один из криминалистов остановился на крыльце, заложил руки за голову и потянулся.

Скованный наручниками и посаженный на заднее сиденье, Коллинз тоже наблюдал за разворачивающейся деятельностью.

– Не имеете права, – произнес он без всякого выражения.

– Сиди тихо, Норман.

В тесном пространстве машины запаха этого человека было не избежать, но беседовать с ним Пит решительно не намеревался. Пока ситуация еще только развивалась, на данный момент он задержал Коллинза по подозрению в скупке краденого, попросту по той причине – учитывая природу некоторых предметов в его коллекции, – что это было обвинение, которое они могли вполне успешно ему предъявить, и оно давало им законные основания для обыска в доме.

– Ничего они не найдут, – произнес Коллинз.

«После двадцати лет тебя нашли».

Если отбросить все остальное в сторону, это достижение вроде должно было бы принести чувство облегчения и завершенности, поскольку он так долго искал мальчика. Ан нет. Пит не мог прекратить думать обо всех этих поисках по выходным, о прочесывании лесополос и лесных массивов за много миль отсюда, тогда как все это время Тони пролежал гораздо ближе к дому, чем кто-либо мог представить.

А это означало, что должно было иметься что-то, что он упустил из виду двадцать лет назад.

Пит опустил взгляд на планшетный компьютер, лежащий у него на коленях.

Господи, до чего хотелось сейчас выпить – и не странно ли, как это получается? Люди часто думают об алкоголе, как о буфере, смягчающем ужасы окружающего мира. Но тело Тони Смита уже обнаружено, и более чем вероятно, что человек, ответственный за убийство Нила Спенсера, уже задержан и сидит прямо сейчас у него за спиной – и все же тянуло выпить гораздо сильней, чем когда-либо. Хотя всегда находится множество причин, чтобы выпить. И всего лишь одна причина этого не делать.

«Можешь выпить потом. Хоть упейся».

Пит согласился с этим. Все средства хороши – это очень просто. На войне ты используешь любое подвернувшееся под руку оружие, чтобы выиграть какой-то отдельный бой, а после перестраиваешь боевой порядок и бьешься в следующем. И в следующем. И во всех, которые последуют.

Все средства хороши.

– Я не сделал ничего противозаконного, – настаивал Коллинз.

Пит ткнул пальцем в экран планшета.