Шепот за окном

Неважно, она была жутко рада за него. На лице его опять возникла едва заметная улыбка, и было приятно это видеть. Знать, что это возможно.

«Ожил», – осознала Аманда, наблюдая за ним. Вот что это было.

После всего, через что он прошел, Пит казался человеком, который наконец чего-то с нетерпением ждет.

Я договорился с отцом, что он подъедет к семи часам вечера, и он оказался настолько пунктуальным, что мне подумалось, уж не приехал ли он заранее и не сидел на улице в ожидании назначенного времени. Возможно, из уважения ко мне – от мысли, что если он допущен в мою с Джейком жизнь, то это должно произойти в точности на моих условиях, – но вообще-то мне казалось, что почти наверняка он такой абсолютно со всеми.

Человек, для которого важна дисциплина.

Отец был аккуратно одет в костюмные брюки и рубашку, словно приехал прямо с работы, но вид у него был свежим, а волосы – слегка сырыми, так что он явно первым делом принял душ и переоделся. Пахло от него тоже чистотой. Когда он проходил вслед за мной в дом, я понял, что подсознательно это проверяю.

Если он по-прежнему пьет, то явно приложился бы к бутылке сразу после работы, и я успел бы вовремя свернуть все это мероприятие.

Джейк сидел на коленях на полу в передней комнате, сгорбившись над каким-то рисунком.

– Пит пришел, – сообщил я ему.

– Может, хотя бы для виду посмотришь на нас?

Джейк еле слышно вздохнул, но закрыл колпачком фломастер, которым только что водил по бумаге. Его пальцы были измазаны чернилами.

– Здрасьте, Пит, – повторил он.

– Добрый вечер, Джейк. Спасибо, что разрешил мне немного присмотреть за тобой сегодня вечерком.

– Мы оба очень благодарны, – сказал я. – Это на пару часов самое большее.

– Да сколько бы ни понадобилось. Я взял с собой чтиво.

Я бросил взгляд на пухлую книгу в мягкой обложке, которую он держал в руках. Обложку не было видно целиком, чтобы прочитать заглавие, но я заметил на ней черно-белую фотографию Уинстона Черчилля. Это был тот самый почтенный, увесистый том, который я не так давно едва осилил и сам, что заставило меня почувствовать смущение.

Мой отец трансформировался, и физически, и психологически, в этого довольно впечатляющего человека. Я невольно почувствовал, что по сравнению с ним выгляжу довольно бледно.

«Вы слишком суровы к себе».

Мой отец положил книгу на диван.

– Покажете мне, где тут что?

– Вы же тут уже были.

– В другом качестве, – сказал он. – Это ваш дом. Я предпочел бы услышать это от вас.

– Хорошо.