Шерхан

Иногда обстоятельства вынуждают отказаться от ребенка, но потом ведь можно было вернуться за родной кровиночкой. Но это всё философия. Есть приоритеты поважнее в моей жизни. Это Полина. Я искал того человека, который лишил ее жизни, а меня шанса быть в полноценной семьей. Если бы не он, никогда бы мне в голову не пришло вступить на кривую дорожку, рисковать своей жизнью, марать руки в чужой крови, жить одной местью.

— Ярослав, ты строг, ты же не знаешь, что явилось причиной такого поведения!

— Мне это неинтересно.

Если вдруг они окажутся на пороге моей квартиры, я, конечно, выслушаю их, чаем угощу, даже печеньки достану, но, по сути, я жил без них и проживу без них дальше.

— Не простишь?

— С чего бы? Нет, конечно!

— Я думаю, как только ты женишься, то поменяешь свою точку зрения! Кстати, у моей подруги есть чудесная дочка! — голубые глаза загорелись, я хохотнул от такой быстрой смены темы.

— «Даже если вам немного за тридцать, есть надежда выйти замуж за принца…». У Меган Маркл пусть поинтересуется, как окольцевать принца, даже будучи старше его на пару лет, без роду и племени.

Я оплачу ей билет в страну, где есть эти принцы! — смеюсь, когда вижу, как Вера Ивановна сначала строго сводит брови в одну линию, а потом ее губы начинают подрагивать в улыбке, которую она хочет сдержать.

— Никогда не думала, что ты любитель светских сплетен и пошлых песенок!

— Инстаграмм — великое зло!!! Я как не зайду, вечно кого-то обсуждают, хорошо, хоть перестали выкладывать тарелки с едой, типа, мир должен знать, что я ем! На хрен мне сдался твой рацион! И эти обрубленные копченые сосиски!

— Не поняла! — женщина хмурится, я достаю телефон, открываю иконку Инстаграмма, нахожу соску-блогершу, которая любит выкладывать свои телеса, развалившись в шезлонге.

«Обрубленные копченые сосиски» — это ноги до колен на фоне безоблачного горизонта и бирюзовой воды.

— Это так модно?

— Это трэнд, Вера Ивановна! Как и голые щиколотки зимой!

— Надеюсь, ты так не ходишь!

— Нет, конечно.

Только в теплое время года! — очаровательно улыбаюсь, мать Гриши обнимает меня и чмокает в щеку, нежно погладив по месту поцелуя.

— Хороший ты, Яр, хоть и балбес! Ты приедешь на мой юбилей?

— Конечно, как я могу пропустить такое событие! Может не ровно в назначенное время, но королям опаздывать простительно!"

"— Я буду тебя ждать! — мы улыбаемся, смотрим друг другу в глаза, на секунду Вера Ивановна замирает и зрачки ее глаз расширяются.