Шерлок Холмс и крест короля

 — На мой взгляд, опрометчиво бродить ночью в том квартале без оружия.

Полицейский автомобиль оказался «черной Марией» — обычно в фургонах таких машин преступников доставляли из тюрьмы в здание суда. Мы уселись на скамьи напротив друг друга. Заревел мотор. Почти ничего не различая в маленькое оконце, мы проехали по Юстон-роуд, затем свернули на Сити-роуд и наконец резко остановились. Когда мы выбрались наружу через задние дверцы, перед нами открылась широкая улица, зияющая черными дырами подворотен. Вдоль дороги тянулись высокие дома: нижние этажи занимали ювелирные и галантерейные лавки, а в верхних располагались склады.

Даже здесь мне стало как-то не по себе, а ответвляющиеся в обе стороны тупики казались и вовсе неприветливыми. Единственный огонек горел в питейном заведении на Катлер-стрит, где шла оживленная торговля. Саму же улицу Хаундсдитч освещали три фонаря, принадлежащие только что прибывшим полицейским.

Человек, подошедший к нам, представился констеблем Пайпером.

Он отдал Лестрейду честь.

— Мистер Лестрейд, сэр? В начале десятого к нам обратился мистер Вейл, владелец галантерейной лавки в доме номер сто двадцать, неподалеку отсюда. Он со своей сестрой занимает второй этаж над магазином. Они услыхали шум — будто рядом сверлили, пилили, пытались ломом раздробить кирпич. Я прибыл на место и сперва не обнаружил ничего подозрительного, но вскоре в самом деле послышались такие звуки.

— Сколько с вами людей? — спросил Лестрейд.

— Констеблей Вудхэмса и Чоута я оставил здесь, чтобы стерегли дом с улицы, а сам отправился на Бишопсгейт с сержантом Бентли.

Скоро должны прибыть Мартин и Стронг, патрульные в штатском. Всего нас семеро.

— Для простого ограбления, пожалуй, более чем достаточно, — раздраженно буркнул Лестрейд, ежась от холодного ночного ветра.

Царила зловещая тишина. Нарушители порядка ничем не выдавали своего присутствия, и все же они были где-то близко.

По соседству с лавкой Вейла находился ювелирный магазин Гарриса.

Шерлок Холмс перешел дорогу и приблизился к его витрине. Сквозь стекло мы разглядели большой и, казалось, надежный сейф, над которым днем и ночью горела электрическая лампочка. Тот, кто посягнул бы на него, был бы вынужден действовать на виду у всей улицы. Холмс повернулся к нам, не вынимая рук из карманов.

Как бы громко здесь ни сверлили и ни стучали несколько минут назад, сейчас я ничего не слышал, о чем и сказал констеблю Пайперу.