Шерлок Холмс и крест короля

Еще несколько дюймов, и она отняла бы у мира будущего знаменитого журналиста и писателя сэра Филипа Гиббса. Другой выстрел пришелся в стену: от угла отлетело несколько камешков, один из них упал возле меня, а другой ударился о металлическую каску вздрогнувшего от неожиданности полицейского. Вскоре сырой воздух наполнился едким запахом жженого кордита, от которого у всех стало свербеть в горле. На залпы солдатских винтовок осажденные анархисты по-прежнему отвечали пистолетной пальбой. Нам приказали отойти назад.

Репортеров становилось все больше — к огромной радости хозяина «Восходящего солнца». Он все-таки сдал им крышу своего заведения. Капитан Нотт-Бауэр, глава городской полиции, стоял рядом с нами, наблюдая за фасадом дома номер 100, меж тем как его инспектор выстраивал оцепление с тыла, чтобы помешать осажденным уйти или получить подкрепление. Действенность этой меры, однако, не представлялась бесспорной: загнанные в угол анархисты наверняка стали бы стрелять с соседних крыш или через сточные трубы, как поступали повстанцы в России.

Только теперь журналистам сообщили, что в операции участвует Шотландский гвардейский полк, а руководит ею сам министр внутренних дел. Я услышал разговор мистера Черчилля с лейтенантом Россом, который спросил, не отправить ли отряд на штурм домов Мартина.

— Вздор! — энергически рыкнул Черчилль. — Неужели вам не ясно, что эти узкие лестницы и запутанные коридоры — мышеловка для ваших людей? Бандиты только и мечтают вас туда заманить.

В случае штурма я обещаю вам самые прискорбные потери. У вас всего двое сержантов и девятнадцать солдат. Нельзя рисковать ни одним из них. Нет уж, сэр, стойте там, где стоите.

Строго говоря, шотландские гвардейцы вовсе не стояли: они стреляли по окнам осажденного дома, лежа на опрокинутых щитах для расклеивания газет. Анархисты успели многократно перезарядить свои пистолеты. Иногда обгоревшие лоскуты занавесок разлетались в стороны, открывая руку, сжимающую оружие.

Однажды я увидел профиль оборонявшегося: на долю секунды выглянув наружу, он тут же скрылся, поскольку находиться на линии непрерывного огня противника означало верную смерть.

Пистолеты стрекотали так ожесточенно, что в этом аду каждый из нас с трудом мог слышать собственный голос. Мятежники палили либо стоя в простенках между оконными проемами, либо из глубины комнаты, наугад. Многие, очевидно, перебегали от окна к окну.