Шерловая искра

Но, как говорится, за язык никто не тянул, уж я-то воспользуюсь данным правом на полную катушку.

Заявив, что брак следует оформить как можно быстрее, а сейчас следует разобраться с важными юридическими вопросами, ридгон предложил мне пройти в библиотеку, чтобы совместно уже поковыряться в бумагах отца. На требование Мелькора мачеха не посмела возражать и распорядилась доставить шкатулку ему лично в руки."

"И вот тут-то окончательно стало понятно, отчего так тряслась за эти документы Ниниэль. Почему так стремилась выставить падчерицу в чёрном свете с нелепыми обвинениями в отравлении Ронана, а себя при этом изо всех сил держала в руках, представая перед гостями исключительно в белоснежной пушистости и прекраснодушии.

Надеялась, видимо, за счёт этих детских уловок оправдать свои немаленькие пакости.

По завещанию папы с момента наступления совершеннолетия и до вступления в брак, мне полагалось не только содержание, но и кое-что ещё. Приличная (судя по реакции Мелькора) сумма, которая должна была раз в год поступать в мои руки, помимо бытовых расходов на жили-были (Имею ввиду питание, одежду и прочие повседневные вещи).

Думаю, таким образом отец хотел обеспечить дочери возможность продолжить его дело, на собственном опыте зная, что поиск и приобретение новых книг, артефактов и даже банальной бумаги — дело совсем не дешёвое.

Понятное дело, Ниниэль, которую всегда бесили вот эти неразумные (на её взгляд) траты мужа на всякий древний хлам ещё при жизни, даже не подумала исполнять его распоряжение после смерти.

И теперь мачехе предстоит держать ответ за своеволие и вместе с завещанной долей наследства, должной перейти в моё владение, ей придётся компенсировать и эту невыплаченную сумму.

У меня аж в глазах немного зарябило от перечислений тингов, венгов, сангов, тиронсов и прочих битиронгов*. Понятия не имею, много это или мало — даже сравнить с чем-либо до сих пор не имелось ни малейшей возможности. Я просто послеживала за выражением лица Мелькора, и сии наблюдения давали основания полагать, что папа меня любил.

Даже, наверное, очень любил.

Представляю, как обливалось кровью «бережливой» женщины при взгляде на папино завещание.

Кстати, в процессе исследования сей бумаги обрисовалась ещё одна немаловажная деталь. Всё это богачество, включая маленький домик в деревушке под Гордеро (столицей бывшей империи), как и сама деревушка, переходили в моё владение после замужества.