– Андрэ подхватил настроение Ральфа."
"- Буду очень признательна. – сознавая, что иного времени, чтобы высказаться, может не случиться, я даже почувствовала небольшой укол совести. Так как мне сейчас предстояло кое-кому это радужное настроение изрядно подпортить. – Господин барон, если вы не против, я бы хотела пообщаться с вами по поводу мадемуазель Мариэль. – не стала долго расшаркиваться и ходить кругами, подводя к теме.
- Конечно. Я благодарен вам за то, что вчера так выручили меня, и сам хотел просить об этом.
- Быть может, Ральф простит нас, и мы поговорим наедине? – на всякий случай уточнила я.
- Не думаю, что присутствие вашего брата может как-то меня смутить. Вчера господин
Ральф заметил ваше отсутствие, и мне пришлось признаться, что вы, по моей просьбе, отлучились к Мариэль. Так что для него в нашей беседе нет никакого секрета.
- Тогда, если позволите, я буду говорить прямо и коротко. Мне кажется, что вы – умный человек, умеющий принимать правду в обнажённом виде, и не нуждаетесь в долгих словословиях, призванных её приукрасить.
- Я весь во внимании.
- Вам необходимо срочно избавиться от мадам Люсиль.
- Мне эта дама тоже показалась весьма неприятной особой. – после некоторой паузы негромко поддержал моё высказывание брат. Он уже проходил подобный опыт со мной и не сильно удивился.
- Не стану спорить, мадам Люсиль и у меня не вызывает тёплых чувств. – коротко глянув на меня, на Ральфа, заговорил Андрэ. - Однако, я без неё не справлюсь. Я просто не знаю, что делать с детьми.
- Уверяю вас, эта недобрая женщина тоже не знает, что с ними на самом деле нужно делать.
- Но церковный совет, взявший на себя ответственность за Мариэль до моего прибытия, определил мадам, как лучшую кандидатуру на роль гувернантки для малышки. И потому я не решался заменить её кем-то другим.
- О-о! Ну всё понятно. – про себя подумала я, а вслух сказала:
- Ну, я бы на вашем месте, решилась. И как можно быстрее. Это если вас действительно интересует моё мнение. – оговорилась я, чувствуя, что, может быть, слишком напористо насела на мужика.
– Иначе она превратит вашу чудесную девочку в такой же, простите, огрызок, как она сама или затюкает ребёнка до состояния бессловесного пресмыкающегося.
Барон уставился на меня, как на какую-то диковину. Видать, не доводилось до сих пор слышать столь резких тирад от дам. Да и я до сих пор всё как-то больше молчала и слушала, а тут взяла, да высказалась. Снова повисла неловкая пауза, но положение спас Ральф.
