- Я согласен. Разверну флер в другую сторону, насколько смогу, но если придется спасать жизнь или защищать свою честь в ответ на вызов...
- Конечно, только сейчас. Я и не думала просить большего. Просто не люблю флер, он мне мешает, - я почему-то снова смутилась. Я никак не могла выработать комфортную линию поведения, словно мы недавно знакомы, - Когда попробуешь поговорить с Холмом?
- Да хоть сейчас. Прямо здесь. Твоя задача - усилить мои эмоции.
В каком смысле? Не то, чтобы я не ждала попытки общения в ближайшем будущем, но почему-то мне представлялось некое ""особое"" место и дополнительная подготовка.
Предметы какие-нибудь для связи, зал с троном или... не знаю что, но не здесь же!
Фаворра развернулся спиной и положил руку на зеленую ограду, от которой мы так и не отошли.
- Изумруд... Мой Изумруд... - листья задрожали, затрепетали волной. Я ожидала чего угодно, но не того, что он начнет выпевать каждую фразу, - Слышишь ли меня, дом наших душ? Видишь ли меня, кров наших жизней?
В моих руках все еще медленно истлевали смешенные метания, снятые с Вито.
Но... не такой поддержки, скорее всего, ждет от меня Десятый. Встряхнув ладони, сбросив чужие страхи, я что есть сил всмотрелась в бледное облако окружающих его чувств. Что тут у нас... Недоверие. Тоска. Слабая надежда. И чистое, ясное восхищение.
Последнее - отлично! И как же красиво выглядит.
Ленты лорда не сразу поддались моим осторожным касаниям. Слишком короткие, такие отрывистые. И... шероховатые. Совсем не похожие на гибкие человеческие или крепкие, широкие, мощные переживания оборотней.
Отодвинула недоверие и тоску. Усилила узелками надежду. И раскинула солнечными лучами его эмоции восторга, встряхивая и добавляя к ним свою тесьму - тоненькую и хрупкую, но несравнимо яркую. Из воспоминаний моего приезда в Холм. Восторг от оглушающей красоты горделиво цветущих садов, от устремленных ввысь белокаменных зданий, от снующих вокруг ярких, совершенно невероятных волшебных созданий.
Упругими, ожившими нитями наши чувства разлетелись в стороны и - скрепили зеленую ширму с неподвижно стоящим Десятым. Сидхэ продолжал напевать, уже без слов. Мелодия взлетала чарующими нотами, кружилась вокруг и в какой-то момент мне показалось, что я и себя нечаянно привязываю к этому странному миру фейри.
- Слышу и вижу, - вдруг раздался тихий, почти неуловимый голос, собранный из шелеста ветра и трелей птиц.
