Вечером в саду Двух Светил полно народа, по дорожкам гуляют гости несостоявшегося праздника, обсуждают скандальное исчезновение королевы. Ева фыркает и требует нести ее кустами, потому что ""опять кто-нибудь пристанет"". Говорит она то ясно, то путанно, но меня умиляет все.
Мягкие губы, в едва заметных легких рисочках. Золотисто-рыжие пушистые волосы, солнечным ореолом венчающие ее голову. Ева постоянно поправляет непокорные пряди, но они тут же вновь вырываются на волю, совершенно не слушая владелицу. И это хорошо, потому что я тоже могу убирать их за ухо или просто со лба бесконечное количество раз.
Недотрога принимает это легко и бездумно, как само собой разумееющееся.
На поляне у озера, где прямо над водой парят веревочные качели, мы останавливаемся. Приходится боевым флером распугать мелких низших фейри, они улепетывают со смехом и шутками, нисколько меня не испугавшись. Может быть потому, что в сердце нет злости, а в магии - ожесточения.
Я легок. Я воздушен. Я жду обещанного поцелуя так, как совсем недавно, после излечения жаждал признания Холмом.
Поставить Еву на землю - особая сладость, она держится за камзол, одновременно прижимаясь аккуратной упругой грудью. Отпускать... не хочется. Я стою, а Недотрога медленно сползает вдоль моего тела, сдавленно при этом хихикая и поджимая ноги, чтобы не быстро коснуться земли.
- Ловко ты выпрыгнул с балкона, - выпаливает она, вдруг повиснув на шее и закинув голову. Ее бархатные глаза не сверкают в темноте как у сидхэ, они затягивают манящими, колдовскими омутами.
И я... тону. - Я думала, мы взлетаем. Дай-ка я пощупаю, может у тебя крылья есть?
По моим плечам скользят девичьи руки, и я жалею, что натянул на праздник столько лишней одежды.
Что там она говорила? Что нас объединяет любовь? Я сидхэ... не уверен, что я умею любить. Но точно готов восхищаться, любоваться каждым ее вздохом.
Я беру в ладони ее лицо и, прерывая веселый щебет, целую.
----
Евангелина Нитарока, менталист третьего уровня, студентка Академии Изумрудного Холма
С чем можно сравнить поцелуй высшего сидхэ? С нежностью взлетающего мотылька, с безудержностью морского ветра и легкостью пуха.
Он пьет душу и вливает бессмертие. С ним рождаешься снова и умираешь многократно.
Наверное, я давно хотела этого, жаждала. Потому что ответила сразу, не раздумывая, полностью подчиняясь ласковым губам и сильным рукам.
От Тайрена в стороны расходится энергия, создавая круговую защиту по краю поляны.
