Старшие принцы Холмов, те, кто оказался во дворце, когда праздник остановили. Наследники Сапфира, Рубина и Янтаря. Они кое-что могут даже на чужой территории, мисс Нитарока, вот только Вуаль, сделанная чужими, долго не простоит, это как воду пальцами собирать. А если вы обернетесь, то у лестницы увидите принца Йонгара. Он пытается обратиться к магии, но совершенно безрезультатно. Отсюда вопрос – как получается плести чары у Тайрена?
Хороший вопрос, действительно. Я закатила глаза, задумчиво покусала губу, изображая сложный мыслительный процесс.
- С другой стороны, уже не важно. Мы все равно не выстоим, - спокойно продолжил слуа и вытащил из ножен на поясе серебристый меч. – Мисс Нитарока, к сожалению, вынужден сообщить, что вряд ли смогу отдать вам обещанный долг. Потому что сейчас должен призвать своих подданных защищать Изумруд. А вам очень советую уходить, мы задержим Хаос насколько сможем.
Слуа замолчал и мы с ним очень вежливо раскланялись. Он стоя. Я сидя.
На балконе появились и без всякой задержки начали сразу спрыгивать на песок очень похожие на Саваона лорды и леди.
Все бледные, с безэмоциональными лицами, плавно-ловкие. Они так легко сливались с пеленой Вуали, словно сами были ее частью. Слуа. Те, кто обрел локус на вампирах и был вынужден вернуться в Холм, чтобы остаться в нем навечно.
Мои щупы сигналили о новых и новых появлениях агрессивных разумов в тумане. С этой стороны тоже скапливались защитники. Армии собирались. Стена на стену.
Вот только тех, кто мог плести заградительные чары было до смешного мало.
Несколько чужаков в парадной одежде. И Диего. Он не сделал ни шагу назад, отдавая последние капли нашего общего ресурса. Что-то мне подсказывало, что, когда с его рук сорвется последняя искра, Фаворра сожмет рукоять меча, оставшегося от гоблина, и встанет рядом с Саваоном на границе исчезающей Вуали. Закрывать Изумруд своим телом.
Полусидхэ – полуоборотень. Наконец, принявший обе ипостаси. Встанет на защиту Холма и Секторов, в которые хочет прорваться Хаос.
Эх. А я сижу. Отдыхаю.
Медленно опираясь сначала на одну ногу, потом подтянув и вторую, я ухватилась за командира, чуть не стащив с него штаны, и таки поднялась на ноги. Хорошо, что обошлось, а то неприлично бы смотрелось.
Опустив руки на плечи своему мужчине, я… «прыгнула».
Это был второй прыжок за короткое время. Безумный, опасный, впервые полностью осознанный. Я прыгнула не под влиянием внешней угрозы, не в эмоциональном стрессе.
