И, кстати, надо узнать, куда Лукас утащил фиолетовую сферу из комнаты Трельяка.
— Прекрасно, — раздался нежный голос Присциллы, когда призванные чудовища исчезли в переборках словно миражи. — Мы все впечатлены… Заявка настоящего капитана и лидера корабля.
Хм. Я моргнула, поднимая глаза. И обнаружила, что менталистка смотрит прямо на меня, неприятно улыбаясь.
Точнее, со стороны она могла показаться очаровательной, но меня прямо до мурашек пробрало. И вместо утихшего звона контролирующей магии я четко услышала бряцание наручников — блокираторов.
Судя по хищной улыбке, вариант с моим служением Летучему ее тоже вполне устроил.
— А что же нам… то есть кораблю преподнесет благородный Изумруд? — мелодично возвестила она, продолжая смотреть прямо на меня. Лишь через пару мгновений менталистка медленно перевела взгляд на Диего.
Пока Вальтез отходил назад, командир стоял в каком-то отрешенном сосредоточении. Ни на кого не глядя. Не факт, что он вообще видел выход бывшего капитана.
— Я, Десятый Берилловой Ветви Изумрудного Двора, — начал командир, когда шум стих.
— Мои таланты, пожалуй, тоже касаются защиты. Но я не склонен вести за собой неразумных. Служение, по моему мнению, должно быть искренним, осознанным выбором. С пониманием того, что делаешь и за кем идешь. Поэтому призову как лидер…
И он тихонько… зарычал.
Низкий горловой звук родился практически из тишины, из точки безмолвия.
В его обертонах, волнообразных и хрипловатых не было ничего режущего и болезненного. Совершенно непохоже на неприятный укол магии Вальтеза.
Рык звал. Убеждал. Рассказывал.
О том, как здорово быть вместе. Бежать бок о бок по рассветной траве. Чувствовать помощь друга. Сражаться с врагами, зная, что товарищ защитит твою спину и не отступит, даже под смертельной угрозой.
Фаворра обещал что-то глубинное, настоящее, надежное и бесконечно правильное."
"Я слышала, что альфы в звериной ипостаси могут поднимать в бой своих соплеменников, объединять их против любой опасности в трудные времена.
Но даже не представляла о возможности сделать это в человеческом облике.
Тигр-фейри пел песню альфы. И по всему залу начали вставать оборотни.
— Помет всем в панамку, — рявкнул кот, в рост поднявшись на моих коленях и трубой задирая хвост. — Я с ним.
Расправил плечи Джок. Его обычно идеально спокойное лицо заострилось, глаза вспыхнули одержимо и… счастливо, что ли. Он не был зверем, но привык воспринимать Диего как лидера и сейчас гордился происходящим.
