Шесть тайных свиданий мисс Недотроги

Что посоветуете, Владимир, пока набираюсь опыта? Я всего лишь второго уровня.

Он поднял бровь. Легкий взмах кистью, указывающей на мягкое, даже на вид потрясающе удобное кресло.

— О, вы приятно прямолинейны и торопливы. Но кое в чем не правы изначально…, - он пошевелил в воздухе пальцами. — Вы — целого второго. Как и я.

Он улыбнулся и сделал паузу, приглашая на профессиональное знакомство. То, что нужно было сделать еще на входе в кабинет и то, что я дико не любила.

Щиты утончились. Миг. И исчезли полностью, оставляя меня напряженной и чрезмерной открытой.

Я моргнула и поняла, что сижу с отвисшей челюстью. Потому что вокруг была настоящая паутина. Владимир не оборачивал чувства вокруг себя, не выпускал их тонкими щупами, а сплетал их словно огромный паук. Вокруг царило умиротворение. Метры и километры растянутого, обволакивающего спокойствия. «Расслабься» — шептало пространство вокруг. — «Тебе хорошо, комфортно, ты в полной безопасности.

Он легко свернул сеть, скатывая ее рулоном как надоевший ковер, нажал изящным пальцем на звонок, вызывая секретаря.

— Извините, совсем забыл, после клиентов осталось. Будете бодрящий чай с травами?

Кто-то мягко тронул мою ногу под стулом. Не получи я только что заряд релаксантов, подпрыгнула бы до потолка.

— Владимир, боюсь спросить. Меня только что погладили… хм… уже укусили за голень.

— А, это Кусака, мой кот. Не обращайте внимание, он вечно все пробует на зуб.

Дверь открылась, впуская довольную рыженькую полугоблиншу.

— Да, сэр? Чай? — она перевела взгляд на меня, замершую на стуле, и расплылась в улыбке. — Ваш вампир напоен и хорошо себя чувствует.

Когда она скрылась за дверью, Владимир развел руками:

— Лиза считает меня и в принципе всех менталистов — сверхсуществами, единственными достойными ее заботы и уважения. В ее мире все остальные должны нам подчиняться и благоговеть.

Святые Холмы! Я хочу так жить! В уютном кабинете, с благоговеющим секретарем и… ай… проклятый Кусака!

Я выдвинула ноги вперед.

Поблагодарила за появившуюся на столе чашечку с цветочным узором и мягким душистым дымком, завивающимся над ней в колечки. Психолог сел в соседнее со мной гостевое кресло, по внешнюю сторону от своего роскошного резного стола.

— Лиза — дитя воспитания и традиций, как все мы. У каждой расы свои слабости.