Резкое замечание относилось к разработанному им щиту, но что именно он имел в виду? Называл ""мелкими"" тех людей, которые недостойны внимания менталиста? Можно ли выглядеть ""мелким"" в глазах других, скрыв от них работу разума? Если да, то мне подарили или прообраз защиты от контролеров Холмов, которых я дико боялась, или возможность выглядеть в целом неприметным…
Ладно, пока не попробую — не узнаю. В любом случае, большое спасибо, Владимир. Мне сейчас любая информация, любой новый навык ох как пригодится.
Я схватила третью страницу, но на сегодня профессиональные открытия закончились. Моим глазам предстали несколько строчек, написанных криво, второпях:
«Внезапно осознал, что ты можешь осуждать меня за сам факт психологической работы с Клариссой. Полиция уже нарыла, что девочка охотилась за менталистами, поэтому и я попал под удар. Скажу только одно — я никак не мог запретить ей совершать эти ужасные нападения. Тем более, что действовала она по приказу. Зато я смог убедить ее не убивать несчастных копперов, а только выводить из строя.
Надеюсь, Ева, ты сможешь меня простить. Не всегда мы можем остановить лавину».
— О, — сказал Вито, нагибаясь. — Конверт с деньгами. Кто-то сильно спешил и нечаянно скинул со стола. Написано — «На расходы».
Пока Лиза чуть не рыдала от счастья, прижимая к груди оставленные начальником средства, я задумчиво запихивала в карман сложенные вчетверо листы с записями и поглаживала ловко подвернувшегося под вторую руку кота.
— Интересный коленкор, — пробормотала я.
Кусака согласно моргнул, приоткрыл на многовение в таинственной кошачье улыбке игольчато острые зубы и… ласково потерся о ладонь пышноусой мордой.
Глава 40. Играть так играть. Гулять так гулять
Арендованное платье оказалось с юбкой в пол и таким разрезом на бедре, что все остальное сразу становилось неважным. Все равно смотреть будут только на разрез.
— Это что?! — заторможенно спросила я, глядя на свою молочно-белоснежную конечность, возможно, впервые за свое существование НАСТОЛЬКО выглянувшую на публичное обозрение.
— Нога, — гордо ответила ба. — Стройная, юная, с тонкой щиколоткой. Не мускулистое бревно какой-нибудь оборотницы, при виде которого возникает только одна мысль — «хоть бы не затоптали». И не палочки вампирши, от которых на слезу прошибает. Нет! Нормальная человеческая нога для любования!
Я со скепсисом посмотрела вниз.
Лично мне торчащая из алого шелка нога не нравилась.
