Меня чуть не передернуло.
Диего развернулся, почти неприлично заслоняя меня от своего собеседника. Махнул небольшим прямоугольником из бумаги.
— Оу.
Я выглянула из-за плеча, чтобы увидеть, как внимательно альфа крыс рассматривает фотографию школьного класса. Длинный палец ласково погладил по рядам детских лиц.
— Откуда это у вас?
Вокруг его головы закружилась мягкая волна ностальгии. Да крыс у нас романтик.
— Мы с моим другом Гордоном прямо по центру. Видите, сколько девочек вокруг? Чтобы не обидеть всех этих красавиц, мне очень рано пришлось познать науку… нежной страсти.
Искренняя радость… переходящая в удовольствие?! Он что, прямо сейчас возбуждается, рассматривая себя в юности?
— Рад, что вы напомнили мне о тех временах, но такая фотография у меня уже есть. И мы с волками не скрываем историю дружбы, так что здесь вам ловить, уважаемые сыщики, нечего. Лучше забудьте о работе, Фаворра, возьмите свою очаровательную сотрудницу и будьте моими гостями. Приглашаю вас в вип-зал, поиграем на интерес…
— Вы узнаете мальчика с правого края? Вот этого.
Вэй нехотя снова начал рассматривать фотографию.
— Вихрастый? Владимир… м-м…Крайноф, насколько помню. Но мы все звали его «Тупик». Вечно витал в каких-то мечтах, общаться с ним было не интересно. Скучное мясо.
И сквозь маску красивого молодого мужчины на мгновение проступила звериная суть, ломая правильные благообразные черты.
Мои мысли заметались, собирая воедино информацию из разрозненных кусочков. Кларисса притащила эту фотографию Трельяку и разнесла после этого офис в щепы.
Диего показал какого-то мальчишку по имени Владимир альфе крыс для опознания. Учитывая аналитические и розыскные способности командира, он вполне мог изучить структуру, контуры лиц, определив… юного психолога, который учился в одном классе с оборотнями?
Менталистами рождаются только чистокровные люди, и растем мы слабыми, чувствительными. Все детские годы подпадаем под чужие эмоции, что может полностью дестабилизировать нервную систему и ведет к диким головным болям.
И только по достижению половой зрелости, после перестройки организма, становится ясно: ребенок не психически больной или просто слабый разумом, а будущий менталист.
Бабушка говорила, что были годы, когда высшие лорды целенаправленно отделяли всех забитых и нервных детей в отдельные учебные заведения. Но получилось еще хуже — единицы менталистов среди отобранных практически сходили с ума от такого соседства и совсем не вырабатывали социальных навыков общения.
