И мы медленно, очень медленно и неотвратимо соединялись.
Когда я не выдержала и застонала, он остановил звук жадным, глубоким поцелуем. Сминая, захватывая мой рот. И продолжая входить в меня до упора, поддаваясь вперед бедрами.
Очень большой. Очень длинный.
Раньше это почему-то меня пугало, но сейчас размер превратился в чудовищно сладкий плюс. Растягивающий удовольствие до взлета, до полного растворения. До дрожи от коленок до бедер. Когда по коже летят искры, а пальцы ног поджимаются и хочется попискивать от пронизывающего удовольствия.
Было тесно. И плавно настолько, что чувствовалась каждая деталь, от закругленной плотной головки до жесткой каменности ровного ствола.
В процессе тигр с удовольствием дорвал колготки. Фыркнул тепло в губы и… начал приподнимать меня в обратном скользящем движении. От переизбытка эмоций я дернулась, взбрыкнув ногами, с правой ступни упала туфелька и стукнула о пол.
— Слышал звук? — спросил кто-то за дверью, перекрикивая музыку. — Столы, наверно, начали ставить.
И неизвестные затопали мимо, удаляясь по коридору.
Чтоб их… Как все не вовремя.
Горло пересохло, перед глазами мелькают всполохи. Удары телом такие глубокие, что я буквально опускаюсь на всю длину, ощущая предельное, растягивающее заполнение… Взлетаю, поднимаюсь вверх и вновь падаю, сталкиваюсь, сцепляюсь. До звездочек в глазах.
Фаворра нагибает голову, утыкаясь лбом в плечо, рычит и мощно, угрожающе двигается. Все больше ускоряясь. Удерживая меня стальной хваткой широких ладоней.
От волнения я хватаю зубами за что-то подвернувшееся, упругое.
Ой. Ухо. Нежное, с тяжами шрамов по верхушке. Как только смыкаю на нем зубы, тигр дергается. Шипит мне в ключицу так, что я едва не отшатываюсь. Хочу извиниться, но… меня окутывает волна его яркого, резкого удовольствия.
— Еще, — низким, рокочущим голосом выдыхает он. — Еще.
Укус. Я ощущаю нежность плотного хряща под шрамом. Тигр дрожит и быстро вбивается в меня, пришпиливая к стене. Укус. Посасывание. Он стонет. Соединяясь.
Вокруг нет ничего, кроме нас двоих.
Нет казино. Нет города. Только мы в полной вселенской пустоте, сталкиваемся телами, пытаемся стать единым целым. Рвемся навстречу друг другу, разрывая расстояние от вздоха до вдоха. Мы так близки, почти… почти вместе, почти едины. Но… не выпрыгнуть из тел, не выйти из данной природой оболочки.
Мы рядом, но… отдельно. Сокрушительное поражение. Я шиплю, извиваюсь в последних тщетных попытках сблизится, отскакиваю и воспаряю… Распадаясь на куски.
На части.
