Виторио согнулся, упал на четвереньки, контуры его тела потекли пластилином, вызывая мой невольный вскрик. И вместо следопыта на четыре лапы встал небольшой… леопард. Ладный и гибкий. Едва слышно взрыкнув, зверь махнул хвостом прыгнул в ближайшую подворотню и исчез.
Звораживающее зрелище. Волшебное.
— Уникум, — Диего поднял одежду с обувью и ловко упаковал в тонкую тряпичную сумку, — даже для своего вида его обоняние просто фантастическое. Помните, парни, как он три дня след хранил и встал на него минут за пять, не больше?
Мы двинулись по темной, плохо освещенной улице и меня так и подмывало спросить насчет нюха самого командира.
Но я кремень! Я держалась.
— Вито быстро след поймает, он такой, — поддержал Буч и подергал за непривычно узкий воротник. — Босс, а кого я буду играть, когда дойдем до всех этих казино и клубов? Деньгами сильно сорить не хочется, я матушке много высылаю.
Диего хмыкнул, оценив потрескивающую от натяжения на плечах атласную рубашку отрядного боевика.
— Буч, ты у нас нынче красавец, но формы не скрыть, поэтому изобразишь телохранителя для Джока.
Или сутенера. Для него же. Пойдете парой, чтобы мы не вызывали подозрения большой толпой.
— Э-э. Теперь я не понял, — протянул вампир, нервно заправив за ухо белокурую шелковую прядь. Ох, а ведь красота — это его личная особенность, не приобретенная. Он совсем молодой, и еще дико не уверенный в себе. Темно-оливковые глаза смотрели изумленно. — Насчет второго варианта, командир, хотелось бы разъяснения.
В каком смысле «Буч — мой сутенер»? Я же не девочка.
— Вообще не похож, — легко согласился Диего. — Но место там такое, что ничто не мешает сутенерам водить мальчиков. Да ты не переживай, попробуйте сначала первый вариант с телохранителем отыграть, может лучше пойдет.
И некоторое время мы шли в тишине. Каждый обдумывал свою роль.
Одна улица перетекала в другую, становилось все больше прохожих: густо накрашенных девушек, гуляющих небольшими группками и нервно хихикающих, вальяжно фланирующих молодых людей с золотыми часами на цепочках по последней моде, видавших виды джентльменов с внушительными животиками и с повисшими у них на локтях юными прелестницами, годившимися в дочери.
Из баров доносились крики и смех. Зазывалы приглашали на «грандиозные мистические представления, леденящие кровь» и широко улыбались ртами с криво торчащими искусственными клыками.
Такого города, в блеске и сумасшедших огнях я еще не видела.
