— Мы были неправы! — подхватили на разные голоса стоящие на подоконниках преподаватели.
Крики стучали в мой мозг, отражаясь зубной дробью. Я чувствовала, как корежатся их разумы в попытках сопротивляться и бессильно опадают под чьим-то безжалостным давлением.
— А где студенты? — голос Буча.
— Это же университет. Кузнечика почувствовали почти сразу и успели всех эвакуировать. Не вывели только деканат, преступник был там и запер дверь на административный этаж. Какой-то Эйдукофф, из нищебродов на гособеспечении, слетел с катушек, когда узнал о заваленной сессии.
Сейчас один из ваших Отрядов пытается подняться по задней стене с тыла, чтобы отстрелить уроду ноги. А мы организуем активность перед зданием, чтобы его отвлечь."
"Дэя Эйдукоффа я прекрасно помнила, пренеприятный тип, едва дотягивающий на бесплатном обучении и втихую продающий запретные зелья первокурсникам других факультетов. Один из тех, кто считал богатеньких студентов виновными во всех своих несчастьях. Он подходил ко мне пару раз и предлагал заработать, плюясь слюной и полыхая ненавистью ко всем нелюдям, богачам и просто более успешным, чем он.
Когда я отказалась, меня облили презрением и назвали «подстилкой и подлизой».
— Не-е-ет! — вдруг закричала дама из крайнего окна. Смутно знакомая по лабораторным практикам, скорее всего вела их в других группах. — Я была не права! Не-ет! Не надо!
Ее руки хватались за раму, а ноги, дергаясь словно в жутком танце, то подходили к самому краю, то игриво отступали.
Отчаянные призывы о помощи пронизывали ментальный эфир из нескольких точек, но ее вопль сейчас перекрывал остальные.
Она почти выпадала из окна, удерживаясь лишь в последнее мгновение. А рядом… кто-то подленько и довольно радовался, дозами впуская удовольствие в эфир. Он был чем-то прикрыт и довольно плотно, но отвлекался на страдания и… его скользкие, бурлящие, истекающие ядом эмоции протекали сквозь щиты хозяина.
Ментал. Очень сильный, плохо себя контролирующий.
Кузнечик.
— На каком от себя расстоянии сможешь заблокировать, скрыть чужой эмоциональный фон? — подойдя ко мне, спросил Диего.
— Объект скоро посбрасывает заложников, наши с той стороны могут не успеть, слишком осторожничают. Если прикроешь Джоковича и не дашь кузнечику его почуять…
— Метра на два от себя спрячу, — честно сказала я. — Не больше. И не знаю насчет Джока, я пока только на тебе в клубе центрировалась, раньше вообще ни с кем такое не делала. Только себя закрывала.
— Забудь. Два метра — это ни о чем.
